-К-куда это? Зачем?
-О боги... И за что мне такая глупая в дочери досталась? За надом! Пора тебе мне силу передавать.
-А как же мама?
-А что с ней? Погорюет немного, да успокоится. Скажут ей, что кто-то добрался до тебя, а я утешу.
-Ты ведь ее совсем не любишь?
-Ну почему же? - он пожал плечами. - Определенно кое-какая привязанность есть, поэтому и поиграю чуток ее любимого мужа. Как устану - уйду.
-Это неправильно! Нельзя же так!
-О, поверь мне, можно. - Он усмехнулся. - Все, заговорились мы с тобой. Пора.
-Но я не хочу!
-Да кто тебя спрашивает? Артем! - Крикнул Генрих. - Иди сюда! Отцепи ее и притащи к алтарю. Зафиксируешь и можешь быть свободен. - Отец поднялся на ноги и ушел из темницы, а его место занял этот Артем.
-Лучше не дергайся. А то я нервный. А когда я нервничаю могу и ударить. Убить не убью, но покалечу. Ты ему живой нужна, а не здоровой. И помалкивай. Поняла меня?
Мне оставалось только кивнуть. Он отцепил меня от цепей, взвалил на плечо и понес... на мою смерть, наверное. Я хоть и не знаю точно, но скорее всего я этого ритуала не переживу. Ведь наша сила, это суть нас самих. Мы живы лишь благодаря ей и если забрать ее, то скорее всего нас ждет смерть. А жить-то хочется!
Пока я судорожно соображала, этот верзила донес меня до другой подвальной комнаты, только она оказалась большой и пустой, не считая постамента в центре. Он был каменным, больше похожий на гроб без крышки. Надо думать как выбираться, а иначе начинкой этого гроба окажусь я. На мне до сих пор были кандалы, сдерживающие мою магию, что было очень плохо. Если бы не этот помощник отца, было бы легче, все же основы самозащиты я знала, да только вот если с Генрихом я справилась бы, то с Артемом шутки плохи. По тыковке вдарит и все, считай трупик.
Он сбросил меня внутрь этого гроба, как мешок картошки, то есть не заботясь о моем состоянии, и прикрыл меня такой же каменной глыбой, по-факту крышкой. А он вообще вес чувствует? Наступила мертвая тишина. Ни шагов верзилы, ни единого шороха. А вот это уже страшно, меня понемногу накрывала паника. А я и не знала, что у меня присутствует такая болезнь, как клаустрофобия. Ан-нет, оказалось, что есть. Я начала дергаться, но от этого было мало толку, кандалы сковывали движения и я так и не смогла высвободить хоть одну руку. Тут тишину нарушил треск.
Так обычно трещит костер. Мамочки! За тем послышался гул и вибрация, которая все больше возрастала. Меня откровенно начало потряхивать. Гроб начал нагреваться, обжигая руки, что были скованы за спиной, плечи и ноги. Я уже не молчала, я орала как резаная, было очень страшно и больно. И за моим плечом маячила темная отметка смерти. Я горела бесконечно долго, но неожиданно все прекратилось и я, от облегчения, потеряла сознание.
Сначала послышались голоса, они что то говорили, кричали и, кажется пытались меня звать, но я снова провалилась в блаженную темноту. Вторая попытка прийти в себя увенчалась успехом. Сначала я почувствовала тепло и приятное покалывание по всему телу, потом увидела зеленоватый свет. Открыв глаза, увидела зеленое свечение, словно кокон, вокруг себя и с радостью узнала лечебное заклинание. Я находилась в комнате, где мы с Миром спали, то есть у него дома. От облегчения беззвучные слезы потекли по щекам, смывая страх пережитого. Тихий всхлип все же вырвался и тут же зеленое свечение погасло, а ко мне, словно вихрь, подлетел самый замечательный мужчина на свете, Мирослав. Молча он обнял меня и уткнулся носом в мое плечо. Так мы и лежали: я, тихо млеющая от счастья, что жива и он, сверху, укрывая от всех невзгод.
-Все ведь кончилось? - Шепотом спросила у него.
-Да, любовь моя, теперь все. - Так же тихо ответил он и нежно поцеловал.
Эпилог
Утро сегодня выдалось солнечным, а снег, что шел три дня, не прекращаясь, затих. Мягко осели хлопья снега, образуя большие пушистые сугробы, которые теперь блестели от солнца. Улыбнувшись всему миру и желая доброго утра, я пошла готовить завтрак.
Мирослав с нашим пятилетним сыном Владом еще крепко спали, видимо увлеклись тренировкой магии до поздней ночи. Пока готовился завтрак, вспоминала события семилетней давности.