– Что, жива-здорова, госпожа полковник? – шепнул Хелене на ухо шеф гестапо Мюллер, – слушай меня почаще. Как тебе наш новый шеф? Не то что предыдущий, верно? – Хелене не ответила, только покачала головой. Извинившись с прелестной улыбкой, Магда Геббельс, к счастью, увела ее за собой. Однако разговаривая о пустяках с супругами Геббельса и Геринга, Хелене замечала, что Кальтенбруннер наблюдает за ней своими неприятными свинячьими глазками. Она его заинтересовала, бесспорно. «Неужели, – мелькнула у Хелене мысль, – он всерьез рассчитывает унаследовать не только кабинет Гейдриха, но и его возлюбленную?!»
Понимая, что не может афишировать своих отношений с Хелене, Эрих старался весь вечер держаться от нее подальше и открыто флиртовал со знаменитой кинозвездой Ольгой Чеховой, стареющей красавицей из «кружка» Эмми Зоннеманн. Кинодива сразу обратила внимание на молодого блондина в парадном мундире Люфтваффе, увешанном орденами, которого она впервые видела в свите Геринга. Узнав, что перед ней тот самый Эрих Хартман, «Ас», о котором столько писали в газетах, актриса использовала все свои чары, чтобы «приковать» молодого красавца к себе на весь вечер. Для Эриха это был удачный шанс не докучать своим вниманием Хелене и не компрометировать ее, чего, как он полагал, она опасалась. Он легко согласился стать «рыцарем» кинозвезды. Но, не отходя ни на шаг от Ольги, очень довольной своим новым «приобретением» на зависть соперницам, он все время исподволь следил за Хелене. Он сразу заметил, как после ужина она вышла из зала в сопровождении элегантного эсэсовского генерала, в прошлом одного из помощников Гейдриха и командира айнзатцкоманды, Отто Олендорфа. Прежнее беспокойство вновь ожило в молодом летчике. Актриса была забыта. Находясь рядом с фрау Чеховой, он думал только о Хелене и с трудом скрывал от дамы появившуюся тревогу. Куда она пошла? Почему этот генерал так двусмысленно улыбался? Эрих лихорадочно подыскивал предлог, чтобы расстаться с Ольгой и уйти с вечера. «Почему бы этому красавчику, одному из ближайших соратников Гейдриха, не взять на себя «тяжелое бремя» успокоить его безутешную подругу, а может быть, сделать ее своей?» Впрочем, он сам прервал собственные размышления – что он думает о Хелене? Она бы никогда не простила его, если бы узнала. Сумев все же деликатно отделаться от Ольги, которая явно рассчитывала на продолжение вечера у себя в спальне и была разочарована, Эрих приехал на квартиру двоюродной сестры Хелене, Эльзы Аккерман, где, как говорила Хелене, они остановятся на ночь перед тем, как лететь на фронт. Он надеялся застать Хелене здесь. Если, конечно, не сбылись самые мрачные его предчувствия и она не уединилась с Олендорфом до утра в уютном уголке, адрес которого ему, конечно, никто не сообщит. Но поначалу его ждало разочарование – в квартире, кроме горничной, никого не было. Да и та собиралась уходить, так как давно уж закончила все дела. Девица с удивлением объяснила Эриху, что хозяйка редко возвращается так рано, – а было уже около полуночи, – она много времени проводит на службе, потому и наняла горничную, чтобы та занималась домашним хозяйством. Что касается фрау Райч, то девица ее вообще в глаза не видела, только слышала о ее существовании. Разве она должна приехать? Откуда, с фронта? Разве оттуда приезжают? В смысле, погостить? Удивление горничной нарастало. Как бы то ни было, но фрау Райч не звонила и уж тем более не заходила, а фрейлян Эльза ни о чем таком не предупреждала.