Но не тут-то было. Ворвался пират (действительно с приличным мешком звенящих монеток) и выдал фразу:
- Вставайте, нам надо закупить кучу вещей. И потом хорошо бы прикупить газет.
- Здесь есть газеты? – я в который раз удивилась.
- А есть места где нет газет?
- Наверное, таких мест и, правда, нет.
Мы встали и гуськом вышли из комнаты. Ставрос выходил последним и заодно проинструктировал меня:
- Никуда не лезь, иди всегда позади меня, лучше всего вообще молчать, иначе мы опять попадем в большие неприятности.
Представляя всякие неприятности от моих бесед с аборигенами, я молча шла за пиратом, а девушки замыкали шествие. Город меня не поразил совершенно, единственное, что показалось интересным так это стиль построек. Мы явно находились на окраине, а пройти предстояло едва ли не весь город, рынок был на центральной площади. Сначала дома и все подсобные строения были гранитные, затем пошли мраморные, а под конец где, как мне казалось, должны быть самые дорогие дома, начались неказистые строения из черно-серого камня, который походил на металл и даже слегка поблескивал. Спросив у Ставроса о причинах, я получилась всего лишь смех. Затем он оторвался от своего веселья и ответил:
- То, что ты видела рядом с нашим постоялым двором, это всего лишь трущобы. Затем были дома средней прослойки, а здесь самые дорогие дома. Этот камень живой. А вообще-то раньше беднота строила дома, как и положено, из дерева, но с древесиной сейчас напряженка и все перешли к более доступным материалам. Но ты лучше молчи – за умную сойдешь.
- Так папачо вроде положено развлекать хозяина. Или я опять не права? – захотелось поддеть слегка пирата.
- В таком случае ты хорошо справляешься со своими непосредственными обязанностями, - сказал и тут же отвернулся. Мы подошли к базару.
Ставрос уверенно пошел по рядам, иногда тыкая во что-нибудь пальцем. Софино и Фемья следовали за ним по пятам и тут же получали указанное пиратом. Я замешкалась, а когда собралась догнать, мне тут же преградил дорогу заросший хмырь.
- Дивчина. Яка ты гарна дивчина. Возьму коробульку, – прохрипело существо из-под вороха тряпок. – Она принесет тебе счастье.
- А что надо сделать?
(покажи эту коробку десятку людей и будет тебе счастье, я ожидала такие рекомендации)
- Просто возьми.
- Даром? – подозрения мои возросли до небес.
- Нет, - ухмыльнулось оно, а я расслабилась (все в порядке, а денег у меня нет), - за поцелуй.
- Ты головой ударился?
- Один поцелуй и целый саламандрик твой. Решай быстрее.
Я протянула руку к коробочке.
- СТОЙ! – закричала Софино на самое ухо (ну, почему в этом мире все орут, причем на меня). – Что он дает тебе?
- Предлагает взять саламандрика. – я не стала скрывать и запираться.
- Ставрос!
Вокруг меня уже собралась толпа, и именно она не давала существу с коробочкой сбежать. Пират не заставил себя ждать.
- Что происходит? – грозно прозвучал окрик, как всегда мне на ухо. Я скоро оглохну.
- Саламандру за поцелуй, предлагает этот человек, - быстро донесла до него суть дела Софино.
- Ну и что? – начала было я, но тут же замолчала.
Ставрос больше ничего не спрашивал и не стал слушать никаких объяснений. Взял за шкирку человека, переставил его на середину образовавшегося круга. Люди явно знали, что сейчас произойдет и ждали зрелища (хлеб, видимо уже был закуплен). Молниеносным движением пират достал боевой топор и взмахнул им (я зажмурилась), раздалось неприятное и жутковатое «хрясть» и существо лишилось кисти левой руки, в которой и держало коробку со злополучной саламандрою. Хмырь закричал, завизжал и заскулил. Я упала в обморок.
«Интересно, как я не разбила себе голову о камни мостовой», - это первая мысль, посетившая меня по возвращению. То, что голова в порядке, подсказывало мое самоощущение. В смысле, чувствовала себя хорошо, но во избежании новых криков мне на ухо, я решила прийти в себя официально. Изображая вселенские муки, я приоткрыла глаза и слегка простонала.
- Отдыхай, полежи еще немного, торопится некуда, - тихо сказал Ставрос.
Нет, наверное, я слишком сильно ударилась головой и теперь бредила. Разве пират умеет говорить тихо? Я никогда за ним такого не замечала. Мои глаза были все еще приоткрыты, а когда Софино поправила что-то вроде подушки у меня под головой, они (в смысле, глаза) распахнулись и слегка вылезли из орбит.