Наконец граф оторвался от руки герцогини и в глубоком поклоне сделал несколько шагов, пятясь назад.
Герцогиня же мельком оглянулась на гарцующих возле кареты двух рослых гвардейцев для охраны и строго приказала груму:
— Войди в карету! — после того, как мальчик подал и уложил у её ног подушечку для коленопреклонений и уже собирался пристроиться на золочёных запятках кареты. Она ласково и ободряюще ему улыбнулась, жестом указав на место рядом с собою.
Этот жест не укрылся от пристального внимания графа и вызвал у него мучительное чувство ревности и досады. Но делать было нечего и граф, проклиная в душе сумасбродство покровительницы, вынужден был подойти к карете и захлопнуть за негодным мальчишкой дверцу.
Такого унижения Пикколомини давно не испытывал. Герцогиня же с удовольствием отметила, что её фавориту это далось нелегко, и приказала кучеру трогаться. Напоследок она в окно кареты успела показать графу ловкими маленькими пальчиками свой любимый непристойный жест, имитирующий половой акт.
— Как тебя зовут, мой маленький? — повернувшись к груму, проворковала герцогиня, сняв перчатки и положив свою маленькую руку на голубые в жёлтую полоску штаны грума.
— Мишель Дюбуа! — пролепетал вконец растерянный грум.
Кучеру пришлось сделать два лишних круга по городу, пока герцогиня наконец позволила ему следовать к дворцу. За это время она буквально изнасиловала неискушённого в гнусном разврате мальчишку. Когда карета, наконец остановилась у ворот дворца, из неё сначала вывалился раскрасневшийся и взмокший от пота грум, а затем румяная от удовольствия герцогиня.
— Сегодня, когда часы на башне пробьют одиннадцать, моя горничная проводит тебя ко мне в спальню. Жди у старой часовни, где находится родовая усыпальница бывших владельцев замка! — велела новому любовнику герцогиня, совершенно забыв, что уже назначила свидание графу.
В условленное время служанка к своему большому удивлению не обнаружила у часовни маленького грума, и она отправилась в каморку бессовестного мальчишки. Ей самой не терпелось позабавиться с грумом, но в то же время она сгорала от ревности, узнав о новом увлечении своей госпожи. Разбудив мирно спящего непутёвого мальчишку и надавав ему увесистых оплеух, она с силой поволокла его к герцогине.
Прежде, чем насладиться обществом своего нового любовника, герцогиня пошепталась со служанкой, и та ушла через потайной ход встречать графа Пикколомини, который с нетерпением топтался в часовне. Проведя графа по длинному запутанному лабиринту потайного хода, проложенному в толстой стене замка, она, как обычно, попросила его подождать, строго предупредив, чтобы он не смел высовываться из убежища наружу, в коридор, где можно наткнуться на стражу, слуг, а то и на самого герцога. Она быстро открыла потайную дверцу и тотчас исчезла, прихватив с собой фонарь. Пикколомини остался в кромешной темноте и с содроганием прислушивался к шороху бегающих по лабиринту крыс.
Обе компаньонки по гнусному разврату принялись самым настоящим образом насиловать Мишеля. Неискушённость мальчика приводила похотливых стерв в дикий восторг. То, что с ним вытворяли герцогиня и её служанка в этой спальне, не могло представиться несчастному груму даже в кошмарном сне. Сколько это продолжалось, он уже не помнил, ибо ему приходилось работать в поте лица, выполняя самые извращённые фантазии взбесившихся от похоти мегер.
Всё это время граф, проклиная всё на свете, глотал пыль в тесном душном застенке и отбивался ногами и даже шпагой от обнаглевших крыс. Наконец, он с облегчением услышал звуки шагов, но когда граф различил в этих гулких звуках чеканный мужской шаг, душа его ушла в пятки, и он задрожал от страха, как осиновый лист. Слух не обманул Пикколомини: это был сам герцог, решивший в эту ночь исполнить свой супружеский долг и заодно объясниться с супругой по поводу утреннего инцидента. Подойдя к двери спальни, герцог, не изменяя старой ландскнехтской привычке, пнул её тяжёлым ботфортом.
Герцогиня с горничной притаились.
— Это его высочество, — шепнули они Мишелю на ухо, у последнего от ужаса застучали зубы, и смертельно перепуганный грум невольно обмочился.
Служанка, которой было не впервой попадать в подобные передряги, без лишней суеты быстро сгребла в охапку свою одежду, а также одежду грума и вытолкнула мальчишку в будуар, откуда по приказу герцогини после переселения её в эти покои ещё в 1628 году была прорублена запасная дверь в коридор.
Удар в дверь повторился, причём с удвоенной силой. Убедившись, что служанка с грумом удалились, не оставив после себя ничего компрометирующего, герцогиня смело повернула ключ.