- Хм... - Гэри прикоснулся к начерченному на стене знаку - сухая земля под ладонями осыпалась вниз. Проведя руками по его контуру, Уэйлдер почувствовал, что его палец оперся обо что-то твердое. Сковырнув кусок, увидел старые доски. - Тайник! - обрадовался Гэри и просунул пальцы в узкие щели, а затем потянул доски на себя.
Небольшие куски, удерживающие миниатюрную дверцу, отвалились, что позволило увидеть многочисленные ряды неглубоких слотов, плотно закупоренных пробирок. Приглядевшись к небольшим бутылочкам, Гэри обнаружил, что внутри каждой что-то очень похожее на плотную дымку оживленно левитирует. Молодой человек опустил подсвечник чуть ниже и увидел, что в первом ряду пробирок дымки как-то божественно светятся золотым. Во втором ряду свечение уже желтое, третьем - тускло-желтое, четвертом - совсем бледное, пятом - белое, и чем глубже стоят пробирки, тем более темная дымка исходит от них. Гэри удивила разница между последними рядами. Предпоследний излучал черный цвет, в то время как последний - фиолетовый. Уэйлдер вынул одну пробирку из второго ряда. Поднес к свету и увидел, как желтая дымка начинает пульсировать на огне, биться от стенки к стенке, резко подниматься вверх. И пока Гэри не убрал пламя свечи от круглого донышка пузырька, дымка оставалась там. Повернув пробирку, парень разглядел тонкую полоску пожелтевшего пергамента, на котором едва разборчиво было написано: «Розана де Арно. Шепот ее шелковых уст разбудит увядшие цветы».
- Розана де Арно... ммм... похоже на какое-то французское имя. Но что значит шепот ее уст и увядшие цветы... - Гэри поднес пробирку к ушам и, ничего не услышав, бережно убрал ее обратно.
Вторую пробирку он вынул из первого ряда. Повернув ее, с любопытством зачитал: «Нориада Дильтерио. Ее божественный струящийся свет, как утренняя роса, умывает усталое лицо», - и осторожно убрал ее обратно в слот.
Гэри просто не мог не изучить черные и фиолетовые дымки дальних рядов хранилища.
- Кларисса де Люмер. Вдохновленная поэтической тьмой. Она - рифма, укладывающаяся на бумагу, - прочитал Гэри на пробирке с черной дымкой. А далее: Беатрикс Хердзерхарст. Все безумие, скопившееся в камне и мраморе одиозных и гротескных скульптур, перерожденное в пугающую, нечеловеческую реальность.
- Одна другой лучше, - усмехнулся Гэри, ставя пробирки на место.
Он не спешил закрывать потайную дверцу: его мучало странное предчувствие. Прочитанное, особенно последние две страшные интерпретации, не давало покоя. Гэри обратил внимание на боковые пробирки, но не стал их изучать, решив, что на сегодня с него хватит впечатлений. Закрывая дверцу, Уэйлдер обратил внимание на маленький, едва заметный рисунок в правом нижнем углу, точно такой же, как и на бутылке, оставленной на барной стойке...
***
Гэри выбрался из подвала, раздираемый любопытством и домыслами.
И только выйдя из таверны, вдохнув прохладный вечерний воздух, он немного успокоился. Заперев входную дверь, парень возвратился в машину. Но и здесь его продолжала мучить мысль о сочетании фиолетового и черного, беспокоить названия, похожие на женские имена. Непонятное клеймо на бутылке и рисунок, похожий на него, не давали покоя. Он размышлял о последней воле дяди Штаркмана, об увиденном в таверне. Бесцельно поездив по городу, окончательно вымотавшись, он, наконец-то, нашел какой-то придорожный мотель, заказал там номер и бессонно пролежал в кровати, уставившись в потолок, до рассвета...
Перед тем как снова вернуться в таверну, Гэри в ближайшем магазине приобрел мощный фонарь и, захватив с собой электрошокер, снова вошел во тьму.
В этот раз Гэри не забыл запереть входную дверь. Яркий дальнобойный прожектор хаотично блуждал по стенам и полу, касаясь не только залепленных пылью и грязью настенных рисунков. К тому же, он здорово отгонял назойливых крыс. Подойдя к барной стойке, Гэри стал выставлять все бутылки и банки, что смог достать. И на всех их без исключения он увидел тот же выплавленный знак. Однако запахи бутылок отличались. Например, в одной Гэри разобрал довольно необычное сочетание. Ему почему-то вспомнились концентрационные лагеря, он будто бы на самом деле увидел грязь, слякоть, боль и отчаяние конвоируемых на казнь, ощутил ту чудовищность раскаленных печей. Другая бутылка перенесла его на берег моря. Гэри чувствовал, как ласковый ветер треплет его волосы, теплый песок согревает босые ноги, слышал шум прибоя. Молодой человек поднял бутыль и повертел ее. Подсветил донышко и разглядел выплавленные фигуры, похожие на символ Инь - Янь. Правда, он был каким-то странным. На стороне Инь был расположен знак Уробороса, на стороне Янь - та же печать с лепестками огня, в центре которой явно просматривался столб с привязанной к нему женщиной.