- Да нет, телик смотрю.
- А, - протянул мужчина в трубке, - слушай, Свет, у меня к тебе просьба, - мужчина на том конце провода помолчал, видимо, дожидаясь вопроса, но и Света молчала, - ты слышишь меня? - уточнил Анатолий.
- Слышу, да, ну что у тебя? – напряженно спросила женщина.
- Ты не могла бы завтра мою маму проведать? Посмотреть, все ли у нее там нормально, может, продуктов купить или лекарств каких-нибудь.
- Это какой-то план? – спросила Светлана.
- Ну, какой план, Светик, - устало выдохнул мужчина, - я раньше пятницы не вернусь из этой командировки, будь она не ладна, а я так надолго ее одну не оставляю. Она очень сдала после смерти отца. Ты ведь помнишь, где мы живем. Я ей позвоню, предупрежу, что ты зайдешь. Сделаешь, Свет, а? – с надеждой спросил мужчина.
- Хорошо, зайду, - согласилась Светлана. Отказывать ей как-то стало неудобно, - только напомни номер квартиры, пожалуйста.
- Я тебе адрес скину. Спасибо, Свет, ты меня очень выручишь.
- Я поняла. Вот только почему я? - тихо проговорила женщина, но он услышал.
- А кто? У меня больше никого нет. Только мама и ты.
В трубке повисла напряженная тишина. Молчали оба: и она, и он. А потом Светлана вздохнула:
- Ладно, я тебя услышала.
Отключив звонок, Света долго смотрела на экран, раздумывая. «Вот ведь странный мужик, - думала она, - мог бы мне наплести что-нибудь про любовь опять свою неземную, всяких пошлостей наговорить, а он попросил маму навестить. Как тут откажешь?»
Маму его Светлана хорошо помнила. Миниатюрная такая брюнетка. Толя на нее совсем не похож, он был копией отца. Такой же статный, спортивный, подтянутый. Жалко его. А вот своего отца Светлана почти не помнила, несмотря на то, что уехал он, когда она уже была взрослой, институт заканчивала. Наверное, просто не хотелось его помнить. Так, какой-то смутный силуэт. Интересно, как он там сейчас в своей Америке? Его имя в доме не упоминалось. Эта тема была запретной. Боялись за мамино сердце. А она его вспоминает? Нет, наверное. Светлана, увлекшись своими размышлениями, и не заметила, как Изольда тихо вошла в комнату и присела на край дивана. Она сидела, молча, не говоря ни слова. Увидев, наконец, мать, Света неожиданно для себя самой вдруг спросила:
- Мам, а ты отца вспоминаешь?
Изольда нахмурилась.
- Нет, - спокойно ответила, - а ты?
- И я нет. Просто сейчас Анатолий звонил. Он в командировке до пятницы, а мама у него одна. Он после смерти отца переживает за нее, просил проведать. Вот я и вспомнила Толиного отца, а потом про своего подумала. Ты прости, я не хотела.
- Ничего, - сказала Изольда и накрыла своей рукой руку дочери, - Он предал нас, доченька, а предателей не прощают. Ты ведь своего Истомина тоже не вспоминаешь.
Светлана покачала головой. Изольда придвинулась ближе, обняла дочь.
- А Толик молодец, родителей не бросил. Не то, что этот твой Истомин.
- Да какой он мой, мама, - с досадой сказала Светлана. – Так, ошибка молодости. Женщины помолчали, а потом Изольда спросила.
- Так ты пойдешь к ней завтра?
- Пойду. Ты не теряй меня после работы. Все-таки она, действительно, одна осталась. Мало ли что.
- Ну да, ну да, - закивала в ответ Изольда.
Глава 15
Следующим вечером Светлана нажимала кнопку домофона на подъезде Заварзиных.
- Людмила Васильевна, это Света Тихонова, Анатолий просил меня зайти.
В ответ пропиликал сигнал, и дверь подъезда поддалась. «Квартира 15», - написал в сообщении Анатолий, но Светлана и сама помнила расположение еще со студенческих лет. У них была дружная группа, и они часто собирались дома то у одного, то у другого. Дверь открыла маленькая сухопарая седая женщина. Светлана с трудом узнала в ней ту улыбчивую обаятельную брюнетку, которой она была 17 лет назад. Анатолий был прав, Людмила Васильевна сильно сдала. Она вглядывалась в лицо Светлане, пытаясь опознать, и вдруг просияла:
- Светочка, это вы? – улыбнулась женщина, отступая на шаг и пропуская гостью в квартиру, - а вы совсем не изменились.