- Ой, Толя, больно да? Я нечаянно. Может, все-таки не поедем? - виновато залепетала женщина.
Анатолий справился с дыханием, побледнев еще больше. Сквозь зубы сказал:
- Ничего, - вымученно улыбнулся и начал потихоньку спускаться с лестницы.
Светлана помогла ему забраться в такси.
- Давай договоримся, Толя, если тебе станет хуже, ты тут же мне сообщишь.
- Хорошо, уговорила, - вздохнул мужчина.
Когда они приехали в кафе, там уже собралась приличная компания. Гремела музыка, столы ломились от яств. Наташа встретила их у порога, оглядела с ног до головы, покачала головой, отметив бледность Анатолия, а затем распорядилась накрыть небольшой стол только для них возле небольшого диванчика, чтобы Анатолию было удобнее сидеть.
Анатолий вручил Наталье роскошный букет, а Света передала имениннице подарок, который они всю неделю готовили с Анатолием. Сняв обертку, по очертаниям сверток и напоминал картину, Наталья заулыбалась. На постере помещался красивый фотоколлаж, собранный из фотографий их курса. В центе располагалось фото с выпускного, а вокруг - разные сценки из их студенческих буден и фотки с последней встречи на даче у Анатолия. Собрать все в единое целое помог московский приятель Анатолия, а они несколько дней отцифровывали старые черно-белые фотки, чтобы можно было их объединить. Получилось здорово, тепло и приятно. Наташа рассматривала фото:
- Ух ты, а эта фотка у вас откуда? – указала она на фото в колхозе на картошке, – вот это раритет, - они переглянулись и засмеялись. – А это же смотр художественной самодеятельности, помнишь, там еще Коля Тришин Никитичну изображал; о, а это Гоша?
- Вот, разглядывай, вспоминай, любуйся, - сказал Толя.
– Спасибо, ребята, это так приятно, - искренне поблагодарила друзей хозяйка.
Анатолий откинулся на спинку диванчика и вытянул ногу, прикрыл глаза, переводя дыхание. Взглянув на него, Светлана поняла, как непросто ему было держаться. Есть ничего не хотелось, пить тоже. Разве что воды, она наполнила стакан, выпила сама и предложила Анатолию. Он жадно приник к стакану, осушив его в один глоток, и вновь откинулся на удобную спинку, прикрыв глаза и тяжело дыша.
Глава 24.
Оставшись одни, две матери какое-то время напряженно смотрели друг на друга, как два соперника на ринге.
- Может, чаю, - предложила Людмила.
- Не откажусь, - согласилась Изольда.
Они прошли на кухню, Людмила стала хлопотать с чайником, а Изольда с интересом осматривалась вокруг. Милая крохотная пятиметровая кухонька, как обычно в хрущевках. Современный гарнитур с фасадами приятного мятного цвета, небольшой обеденный стол с двумя стульями, вся техника новая, светло уютненько. Хозяйка заварила чай, выставила на стол чашки и печенье, поставила заварочный чайничек и села напротив.
- Ой, у меня же «тирамисушки» в коридоре остались, сейчас принесу, - спохватилась Изольда, - и ликер. Я не знаю, как вы относитесь к ликеру, Людмила, на всякий случай взяла.
Изольда Павловна сходила в коридор, принесла оттуда пакет и выложила на приготовленное хозяйкой блюдо свежие десерты. Поставила на стол бутылочку «Бейлиса».
- Вау, «Бейлис»! - не удержалась хозяйка. – Сто лет не пила. Я вообще-то не любительница сладкого, но «Бейлис»!
- Может, по чуть-чуть, чтобы расслабиться, а то мы, по-моему, обе немного напряжены.
Людмила улыбнулась и достала из шкафчика ликерные рюмочки.
По горлу растеклось узнаваемое кофейно-сливочное сладкое тепло. Изольда причмокнула от удовольствия и взглянула на свою визави. Людмила тоже зажмурилась от удовольствия.
- Откуда такая роскошь в наше время? – спросила она.
- Это мне приятельница привезла из дьюти-фри недавно. – Взглянула на Людмилу и налила по второй.
Покрутив в руках рюмочку, Изольда сделала глоток и, наконец, спросила:
- Ну, как мы будем женить наших детей, Людмила?
- А что с этим есть проблемы? – удивилась та.
- Есть, - согласилась Изольда, - у моей Светланы кризис доверия, я боюсь, в этом есть и моя вина. Светин отец бросил нас. Она тогда уже третий курс заканчивала. Он укатил в Америку, погубил моего отца, довел его до инфаркта, лишил нас всего, опозорил. Я его с тех пор и не видела больше. А потом этот мерзавец Истомин, как узнал, что Света ребенка ждет, так и свалил в закат. Сначала, правда, уговаривал ее аборт сделать.
- Саша Истомин? – удивилась Людмила, - мой Толик же дружил с ним, он у нас часто бывал. Это, выходит, он отец Кристины. А то я думаю, что мой Толик в Санкт-Петербург засобирался сразу после диплома. Он же влюблен был в Светочку с первого курса. Портрет ее над столом повесил. Видно, не хотел другу мешать.