Она послушно потянулась к крышке и вынула оттуда маленький плоский футляр. Открыла и увидела изящный золотой браслетик с подвеской в виде сердечка.
- Ой, это мне? – расширила глаза девушка, изумленно взмахнув своими ресницами, - это же дорого! – упрекнула она парня.
- Нет, это на память, - сказал он, - надень. Парень остановил машину, включил аварийку и помог девушке застегнуть свой подарок на запястье. А потом смотрел, как она любуется простой, но изящной вещицей, поворачивая ладошку то в одну, то в другую сторону.
- Да. Мы же скоро уедем в Москву, - сказала она, как будто вспомнив.
- Я знаю. Потому и говорю, на память.
Машина снова поехала вперед. Макс смотрел на дорогу, а Кристина смотрела на него. «Как будто мы прощаемся, - подумала девушка, - но почему?» - у нее не было ответа, но она почему-то поняла, скорее даже почувствовала, что он больше не придет.
Макс не сказал ей, что после происшествия в кафе он впервые увидел свою мать такой испуганной. Железная леди, на которую он так хотел походить, которой он искренне восхищался, как будто сломалась. Теперь это была маленькая слабая женщина, дрожащая от страха и ужаса. Он поначалу не понимал, а потом по обрывкам фраз, ночных вскриков во сне «никто не пострадает», «только, чтобы уехал», «новый ресторан», Макс догадался, что из всех кафе их сети для свадьбы Заварзиных кафе на Декабристов было выбрано не случайно. Самое удобное для такой акции расположение: на перекрестке, чуть в стороне от других зданий, парковка расположена с противоположной стороны. Ничто не мешает прямой траектории движения машины. А когда он вместе с матерью пошел на встречу с Сокольским под предлогом материной депрессии (она не возражала против присутствия сына), по прикосновениям его пальцев к ее ладони, по поглаживаниям по плечу, Макс понял, что они давно знакомы. Что, возможно, у них даже был роман. Не укрылось от него и то, как мать вздрагивала от его прикосновений. Когда они вернулись домой со встречи, Макс спросил мать напрямую, и она все рассказала.
Оказывается, она познакомилась с Сокольским почти год назад, когда он впервые приехал в Екатеринбург, чтобы разведать обстановку в «Громаде». Он нашел ее как бывшую однокурсницу Заварзина и представился его другом и партнером. Они познакомились и начали встречаться. Наталья проболталась ему об истории Светланы и Анатолия, а Влад загорелся идеей их свести, якобы помочь найти счастье лучшему другу. Наталья включилась в эту игру, когда Заварзин вернулся в родной город. Её задачей было лишь подогревать интерес Светланы к Анатолию на правах подруги. В конце концов, она же для них старается! Сокольский тогда уже тоже работал в «Громаде». Наталья регулярно встречалась с Владом. Он пообещал ей новый ресторан, вливание денег. Все было радужно: красивый любовник, прекрасные перспективы. Она удивилась, когда Влад попросил ее отпраздновать день рождения на широкую ногу в одном из своих кафе. Хотя что тут особенного? А потом, когда Анатолию стало плохо, Наталья за него испугалась. Хорошо, что все обошлось. Вот только досада, которую не сумел скрыть Влад, не ускользнула от внимательного взгляда влюбленной женщины. Он даже в сердцах брякнул, что теперь придется убирать Заварзина другим способом. «Что значит убирать?» – испугалась любовница, тот поправился: «Убирать из города». Оказывается, Сокольскому нужно было, чтобы Заварзин как можно глубже увяз в личных делах, Влад сам хотел управлять «Громадой». А Заварзин пусть едет со своей Светланой в Москву, там же им будет лучше. Наталья приняла это объяснение и поверила ему. Бизнес есть бизнес - сам виноват. Любовь любовью, а компания важнее. К тому же Светка залетела, тем более надо ехать в столицу: там и клиники лучше, и перспектив больше. А когда во время свадьбы Заварзиных Влад вдруг исчез из ее поля зрения, она кинулась его искать, забежала в подсобку. Она увидела своего любовника выходящим из здания, догнала его, а он схватил ее за руку и потянул в сторону. В это время грузовик въехал в окно. «Никто не пострадает! – успокаивал любовницу Сокольский, - все будет нормально, мы тебе все компенсируем!» Увидев разгромленное кафе, раздавленную машину, перепуганных людей, изрезанных стеклами, она обомлела. Первая ее мысль была о сыне. Он же там, в кафе. Она вырвалась из рук Влада, ринулась обратно внутрь помещения, навстречу выбегавшим поварам, официантам, гостям. Она искала глазами Макса, увидела, как он помогает выбраться из завалов Заварзинской маме, у нее отлегло от сердца. Живой и, кажется, невредимый! А когда она огляделась, то пришла в ужас. Он хотел убить Толю! Не напугать, не заставить уехать из города, а убить! Он ее просто использовал! Как это все страшно! Светка, она же может потерять ребенка, а дочка ее? Она ведь тоже где-то здесь. Столько людей могли пострадать по ее вине! Наталью охватил животный страх! С тех пор он поселился у нее где-то внутри и не покидал ее ни днем, ни ночью. А еще ее сжигало чувство вины.