Но первым утром, раздраженный одиноким завтраком, он оставил на столе короткую записку:
«Вчера мы оба, хоть и по разным причинам, погорячились. Давай дружить. Просто дружить. Э. X.»
Сегодня, когда пошел седлать Андруса, он заметил ее на крыше конюшни. Оставив пакет со своим ланчем и бутылку с водой на земле у лестницы, где сидели Бой и Той, и предупредив их: не смейте трогать мою еду, Энди взобрался по лесенке на крышу. В глаза ему бросились обтянутые джинсами, добела протертыми седлом, круглые ягодицы Дорис. Просто обалденные.
Не зная, видит ли она его или просто не замечает, он остановился на последней перекладине и прочистил горло. От неожиданности она скользнула по скату крыши на несколько дюймов.
— Прости, я не хотел пугать тебя.
— Что ты хочешь? — резко спросила она.
— Я насчет собак. Ты не против, если я возьму Боя и Тоя с собой для компании?
— Если они захотят. — Она снова принялась вытаскивать гвозди молотком с расщепом. — Мне они сегодня не понадобятся.
— Тогда до скорого. — Он спустился на одну перекладину, но задержался, глядя на нее.
— Иди уже, раз идешь.
— Уже ушел, — заверил он ее, все еще пожирая глазами упругие, круглые… — Ты встала раньше обычного.
— Кто рано встает, тому Бог подает. Лошади, и Андрус тоже, накормлены и напоены. Его я оставила в стойле, остальных выпустила.
— Спасибо. Навоз тоже убрала?
Она кивнула:
— Твоя работа — изгородь. Не тяни с ней.
— Вы босс, леди. — Насладившись в последний раз притягательным зрелищем, он спустился на землю. — Нужно поздороваться с Андрусом. Что ты об этом думаешь, приятель? — спросил Энди своего коня. — Неплохое местечко для шестимесячного отдыха, а? Надеюсь, другие лошади обращаются с тобой лучше, чем хозяйка с работником?
Андрус потерся носом о его плечо, и Энди почесал его за ушами.
— Здесь у тебя не будет дружков — уличных пацанов. Да и я тоже буду скучать по ним. Хорошо еще, что мне не придется скучать по тебе.
Дорис наблюдала за ним через щель в кровле. Энди и Андрус явно любили друг друга. Это она понимала. Она тоже любила своих лошадей и знала, как благотворно они влияют на нее.
Энди заботливо ощупывал каждую мышцу и каждое сухожилие жеребца. Сама она каждое утро так же тщательно осматривала своих лошадей.
Она вдруг представила руки Энди, так же аккуратно и любяще ощупывающие ее тело, и замерла. Возвращаясь к действительности, Дорис заметила, что он посмотрел в ее сторону, видимо, привлеченный тем, что она перестала шуметь.
— Дорис? — позвал он. — С тобой все в порядке?
— Я, о'кей! — Откликнувшись, она снова взялась за гвозди и дранки.
Несколько минут спустя он выехал на Андрусе, и она напрасно пыталась не смотреть на него. На его широкие плечи. На мускулистые бедра. На шляпу, надвинутую по самые глаза. Собаки резво припустили вперед по тропе. Конь зарысил вслед, и внезапно она почувствовала себя очень одинокой.
Повеселела Дорис лишь в середине дня: спустившись с крыши перекусить, она обнаружила, что Энди забыл ланч рядом с лесенкой.
Когда солнце миновало зенит, Энди сверился со своими часами. Приедет ли Дорис с его ланчем? Догадается ли, что он нарочно оставил его, или решит, что просто забыл? Прочитала ли его записку? Довольна ли ее содержанием или использует ее в качестве мишени для дротиков?
В желудке урчало. Он уже начал думать, что это его проблемы, что Дорис наплевать на него, пусть поголодает под жарким летним солнцем. Вдруг она захочет проучить его и не приедет? Не лучше ли самому натянуть рубашку и поехать на ранчо?
Тут он заметил, что Андрус поднял голову от травы и зашевелил ушами. Дремавшие в тени Бой и Той вскочили и понеслись по тропе, виляя хвостами и радостно тявкая. Он услышал перестук копыт и пронзительный свист Дорис, подзывавшей собак.
Ланч.
Дорис подъехала к изгороди и увидела Энди, опускающего столб в яму. На его голой груди явственно проступили капли пота. С трудом оторвав глаза от рельефно выпуклых мышц, она увидела, что сделал он за полдня гораздо больше, чем она ожидала. Столько столбов сама она ставила за целый день.
Однако он забыл свой ланч и воду. А сейчас смотрит на нее, словно еще не знает о своей оплошности. Неужели ему не хочется пить после работы на такой жаре?
Она подъехала к нему, показывая пакет с едой:
— В Сиэтле все конные полицейские такие забывчивые?
На его лице она увидела удивление, потом смущение.
— Я забыл свой ланч? О, прости.
— Не забудь его завтра, — проворчала она. — В следующий раз я не стану подбирать забытое тобой.