Лаура резко обернулась на двух мужчин, заговорщицки склонившихся друг к другу.
Гетдэм! Это имя она уже слышала прежде – мессир просил выследить человека с таким именем, укравшего, с его слов, некий свод законов и правил, именуемый Меморандумом снов, и вернуть его обратно в лес Лиф. Неужели это тот самый…
– Говорю тебе, – продолжал мужчина в черной вельветовой шапочке. – Вступив в общество просвещенных, Гетдэм укажет нам путь, и покуда все здесь начнут загибаться, мы будем живее всех живых! Бодрее самого распоследнего юнца!
Его приятель – тот, второй мужчина за столом, – завороженно кивал.
Общество просвещенных… Тайный культ? А ведь Гетдэм вполне мог оказаться предводителем некой секты, учитывая то, что сам он из бывших снов – обитателей леса Лиф – некогда предупреждал свой народ о надвигающемся катаклизме.
Что бы это ни значило.
Насколько Лаура поняла, тогда мессир и остальные отмахнулись от его слов, что могло послужить лишним поводом для последнего ступить на путь религиозного фанатика. Все те бредни о назывании себя Воином Сакрального Зеркала вкупе с кражей священных писаний вполне умещались в этакую картину отвергнутого, так никем и не понятого революционера. В этом отношении Гетдэм представлялся идеальной мишенью для заключенных в Зеркалах божеств, способных, по словам мессира, посылать ложные пророчества для последователей, подпольно продолжавших им молиться.
В голове Лауры мелькнула безумная мысль о том, что неплохо бы попасть на это их… собрание. Она должна понять: вообще тот ли это Гетдэм (почему-то девушке казалось, что, стоит ей увидеть его и многое встанет на свои места), чем все они там занимаются и, если догадка подтвердится, даже то, как культисты используют украденное. Только вот оставался один…
– И что, любой желающий может прийти на такую встречу? – задал невысказанный волшебницей вопрос мужчина в грубошерстной одежде, до сего мига с готовностью кивавший на любые слова местного зазывалы. – Без обязательных на то посвящений и… ну, взносов там?..
Его выглядевший как ушлый делец собеседник расплылся в широкой улыбке:
– Ну разумеется, дружище! – с обветренной краснотой на коже он, должно быть, много бывал на воздухе. Его куртка и штаны из плотной пряжи лишь подтверждала сию версию. – Мы ведь не бакалейщики. Магам Арканума слишком некогда, чтобы помогать людям – все они заняты поисками лекарства от зарождающейся в городе чумы, а меж тем помощь народу нужна уже сейчас.
Уличный глашатай придвинулся к собутыльнику и добавил что-то еще – слов было не разобрать, но поскольку оба дружно хихикнули, вряд ли то было что-то важное.
– Что ж, в таком случае я бы сходил, – изрек второй мужчина, подлив себе чего-то из стоящего на столе кувшина.
– И я. – Лаура понимала, что затевает опасную игру, влезая в откровенно не свои дела, однако же более подходящего момента в разговоре данных товарищей могло и не представиться. – На этом вашем собрании… мне ведь помогут выжить, так? Мне, вам, всем тем бедным людям, которые каждый день видят то, как на улицах Версо прохожие горожане валятся с ног от недосыпания и – в свою очередь – также хотят уцелеть?
Оба мужчины обернулись на незнакомый голос и с пару мгновений тупо таращились на нее. Убедившись, что девушка и правда ждет ответ, тот из них, что зазывал приятеля присоединиться к некому «обществу просвещенных», наконец, снова обрел дар речи:
– Э-э, да, – поначалу растерянный, он быстро смекнул, что выступает перед, как минимум, одним уже согласившимся следовать за ним адептом, отчего голос его постепенно окреп. – Да, разумеется. Сейчас, когда по городу гуляет эта хворь, Орден ренегатов не может оставаться безучастным, среди прочего, давая приют и успокоение всем страждущим… А ты что, правда хочешь пойти?
Глашатай культа будто бы и не поверил в собственную удачу, задавая подобный вопрос. Возможно, его задачей сегодня было привести только одного нового последователя, а тут сразу двое, причем последняя из них словно бы сама шла к нему в руки…
Орден ренегатов – значит, «отступников». Религиозные фанатики, как они есть, – неужто Гетдэм решил создать новую религию, став ее мессией?