Лаура сознавала все риски, начиная с элементарных опасений быть ограбленной до чулок и заканчивая в высшей степени сомнительной перспективой оказаться невольным свидетелем какого-нибудь обряда жертвоприношения, – очень может быть, что не животных – однако в данном случае опыт ее общения с Эдной подсказывал, что всякого рода преступные элементы, воры и контрабандисты собирали куда больше сведений, нежели патрули. Упускать сейчас шанс что-то вызнать о местонахождении Меморандума – особенно на фоне сегодняшней неудачи с Арканумом – девушка попросту не могла.
– Ну конечно! – она всплеснула руками. – Можем сделать это прямо сейчас! До места проведения этих ваших встреч ведь не так далеко, да?
Пальцем в небо. И все же юная волшебница надеялась, что зазывала, будучи вынужден поддерживать авторитет, невольно ей подыграет.
– Нет, – наконец, с некоторым промедлением ответил сторонник культа. – Что ж. Если все «за», – быстрый взгляд на сотрапезника и последовавший от того ответный кивок. – Стало быть, выдвигаемся сейчас.
В своей не стесняющей движений одежде он бесшумно поднялся из-за стола, оставив напоследок пару медяков. Казалось удивительным, что культист не счел нужным задать ни единого уточняющего вопроса, впрочем, это легко объяснялось желанием ухватить удачу за хвост, пока никто из спутников не передумал – а значит – и не сорвался с крючка.
Лаура тоже не замедлила встать, прихватив с собой лук. Кучерявый собутыльник сектанта же с копной нечесаных волос поднялся со своего места последним.
Только начав идти по направлению к выходу, нос девушки сообщил ей, что они приблизились к кухне – где-то в проеме, ведущем в соседнее помещение, мелькал повар, подвешивавший мясо на крюке над очагом. Навстречу всей троице с вопросительным взглядом уже выходила девица, ранее принимавшая заказ:
– Судари. Сударыня. Все вами заказанное еще не…
– Не берусь говорить за сударей, но все заказанное МНОЙ пусть дожидается МЕНЯ здесь, – идущая первой, уроженка Бремме быстро вложила в ладонь девахи серебряную монету и подмигнула. – Я еще вернусь.
После чего, не дожидаясь ответа, сразу же проследовала наружу.
Там, в вечернем небе, пусть и едва заметно, теперь висела лишь одна луна: иллюзий, как тогда, сразу после вероломного нападения Эокраилда и неоднократно после, – ночами в полях со Стэдом и Мелендом – здесь уже не было.
По первости сбавив шаг, а затем и вовсе остановившись, Лаура дождалась нагнавших ее мужчин и, будто невзначай, обронила:
– Будем надеяться, что этот Гетдэм и правда настолько хорош. – Возникни странная нужда в беседе, девушке хотелось бы самой контролировать ее ход. – Веди.
Последнее предназначалось члену культа, отчего-то озиравшемуся по сторонам – не то на предмет слежки, не то желая лишний раз удостовериться, что его поднабравший спиртного приятель все еще следует за ним.
– Конечно-конечно, – рассеянно отозвался продолжавший крутить головой спутник. – Не отставайте, – он поманил за собой рукой, зашагав в направлении ближайшего переулка.
Лаура вся сжалась изнутри, но виду не подала. Идти по следу культа… Вот Эдна умела собирать слухи, сплетни и выцеживать из них истину, а она…
«Ты уже взрослая, – сказала она сама себе. – Как-нибудь выкрутишься».
Избранный проводником путь, на первый взгляд, ничем особенным не отличался: улочка как улочка, пройдя по которой первые полсотни шагов Лаура не заметила ни одного трупа и даже ни одного пьяного на земле. Поводом же для беспокойства было то, что эта тянущаяся в северную часть города дорога, по-видимому, вела прямиком в порт, а уже там местные законы зачастую бездействовали или истолковывались весьма вольно.
Не секрет, что в районах гавани самых разных городов имелись свои «мертвые тупики», где наутро находили заколотых бедолаг; тамошние питейные заведения по обыкновению грязны и небезопасны, а заключающиеся там сделки были иного рода, нежели на Большой площади.
Впрочем, хвала богам, молодой волшебнице не пришлось забредать так далеко в вотчину воров и падших женщин, – ее стремительно лысеющий провожатый уверенно свернул во двор и затем – свернул снова.
Глазам всей троицы предстал своеобразный уголок ремесленника, где на посыпанной гравием дорожке мастер прикреплял уже починенное колесо обратно к фургону, за коим, в свою очередь, виднелся тент над импровизированной башмачной лавкой. Поскольку ни то ни другое посланника культа не интересовало, они просто прошли мимо.