…Но не уйти от гончих. Те борзые, что с вытянутым черепом и неестественно длинными лапами, уже перегруппировались и ожидаемо бросились в новую атаку.
У Турьи сорвалось с губ проклятье. Едва ли ее так уж страшило само наличие этого «хвоста», – до сих пор колдунья расправлялась с четвероногими тварями быстрей, чем закипает масло на сковороде – однако истинная опасность подобных наскоков заключалась в том, что последние могли изрядно их задержать. Насколько, что даже бесконечно медлительным подручным Святой церкви хватит времени воспользоваться этим и замкнуть уже формируемое кольцо преследования.
Не переставая удерживать перед собой магическое зрение, Амегри прямо на бегу набрасывал пальцем в воздухе рунические хорды и ломаные. В какой-то момент его собственные дозорные нити вспыхнули багровыми сполохами, – и совсем рядом! – как есть, то работа ведьмы. Он знал это, а также то, что увидит, еще до того, как, инстинктивно обернувшись, лицезреть разбросанный перед квартетом борзых сноп искр.
Истинно, дитя костра во всей красе. Амегри никогда бы не подумал, что потерпит рядом еретичку; тем паче, что будет биться с ней плечом к плечу.
Что ж, жизнь преподносит сюрпризы.
Сквозь жалобный скулеж отпрянувшей своры был слышен и лай подоспевших – или же, на свою удачу, отставших – псов, кои, избежав языков пламени, смогли как следует оттолкнуться и прыгнуть…
Не закончив руну, Амегри пришлось в сильно упрощенном виде разворачивать начатое заклинание и немедля пускать его в ход. Стилизованные символы в виде бесформенной гелевой массы, на лету преобразовавшись в куполообразное одеяло из обводненной соединительной ткани – прямо как тело медузы – закрыло их с Турьей собой, точно щит.
Пара борзых ударилась о возникшую преграду, словно о кирпичную стену. Еще одна, бежавшая след в след за собратьями, так и не достигнув заслона, врезалась в туловища только что отброшенных назад гончих.
Полученные мгновения Турья использовала для того, чтобы воззвать к силе хаоса: возле нее закружился уже знакомый послушнику по личной схватке сгусток вращающихся темных частиц. По мере своей трансформации он – теперь уже в виде различного рода острых предметов – ринулся добивать не в меру агрессивных животных.
Будь последние людьми, то бы был душераздирающий крик – под конец Амегри даже отвернулся.
Но очень скоро все стихло, и порожденный магией ворох осколков растворился так же, как и возник.
По несчастью, вместе с ним почти сразу же улетучилось и не успевшее толком наступить затишье – воздух слева внезапно разрезал электрический разряд и, извиваясь, устремился к так и оставшимся стоять спутникам…
Единственное, что успевал сделать уроженец Неависа – это броситься к девушке и повалить ее на землю в отчаянном прыжке. Уже через доли мгновения над их головами пронеслась эта невесть откуда взявшаяся молния и ударилась о рыхлую поверхность в какой-то паре-тройке шагов.
Кое-кто явно заметил, что перебивают его зверинец и явился свести счеты – пока лишь это приходило на ум, ибо сама природа новой напасти…
Посох! Чувствительный к подобным проявлениям импульс засек его примерно там же, откуда и была точка выхода адресованной им с Турьей грозовой змейки. Немногим более тысячи футов – существует немало типов магических вместилищ, но Амегри готов был отдать руку на отсечение, что это именно посох.
Осторожно подняв голову и щурясь – дабы частицы земли и пыль не попали в глаза – светлый эльф слез со своей компаньонки и помог той подняться.
– Двигаем! Шевелись! Давай же!
Он подтолкнул ее в нужном направлении. Аметистовый камень на кольце ведьмы, казалось, горел ярче солнца – прямо сейчас это могло значить то, что для поддержания себя Турья напрямую черпала из него силы.
Им нужно было поднажать: здесь они на открытом месте и нападавший мог видеть, что нанесенный им удар не достиг цели. А значит…
Последовал новый разряд молнии. Прямой как стрела, он на бешеной скорости несся к своим жертвам, не оставляя ни единого шанса для последних увернуться.
Амегри на бегу выбросил руку в сторону, и, словно выхватив что-то из воздуха, швырнул это навстречу неминуемой гибели – доселе остававшийся висеть позади щит в форме тела медузы сорвался с места и бросился к наэлектризованному потоку, преграждая тому путь к паре спутников.