Судя по всему, капитан их слыл ушлым малым, ибо тут же примирительно выставил перед собой руки раскрытыми ладонями вперед:
– Ладно-ладно, – он быстро оглянулся на сотоварищей, всматриваясь каждому из них в глаза, как если бы всерьез опасался, что кто-то из экипажа совершит какую-нибудь глупость. – Все сделаем – спокойно! Все… э-э, да… Все на борт. На борт, говорю!
Лодка была с пятью веслами на каждой стороне – прямо сейчас здесь наберется гребцов хорошо, если на две трети. Моряки, выполняя приказ капитана, обходили Амегри со спутницей за несколько шагов, точно чумных, но молодой эльф на них не смотрел.
Уроженец Неависа знал упомянутый капитаном морской термин «воровать ветер», а потому взгляд его сейчас был устремлен на то, что доселе высматривал сам капитан судна.
…Высматривал, будучи лишен эльфийской зоркости глаз.
А были там корабли с крупным водоизмещением, – не из тех, что обычно курсируют между островами. «Монстры» эти, как назвал их мужчина, шли под стягом Летьенны – акулы на фоне темных вод океана – и шли они на запад, к берегам Нурии.
«Военный флот Летьенны? Здесь?» – поразился Амегри. Вот уж откуда было сложно представить приглашения к военным главного союзника Эокраилда заглянуть в гости, так это от нурийского короля. А значит…
– Мы ждем лишь тебя, остроухий, – подчеркнуто сухо известила его Турья. Спустя же несколько секунд, девушка, уже с куда большим беспокойством в голосе, позвала вновь. – Амегри!
Эльфского послушника вывело из размышлений упоминание его имени. Насколько он мог припомнить, то был первый раз, когда чародейка назвала его так.
Поспешив тоже забраться на борт, Амегри занял свое место на скамье – было трудно найти, куда поставить ноги из-за того, что прямо под ним лежали какие-то дощатые и резные сундучки, но и с этим он, в конце концов, успешно справился. Дабы же избежать разглядывавших его пар глаз – уроженец Неависа все также прижимал шляпу к одной половине лица – он отвернулся и принялся незатейливо обозревать здешнюю природу. Интересного в том было немного, хотя ветви деревьев на противоположном берегу реки кое-где все еще покрывала снежная корка – самую малость, но странно; возле лесных красавиц не бывает вечных ледников. Должно быть, просто зима там несколько задержалась.
Тем временем, лодка, борта которой были вырезаны в виде крыльев, сходящихся на корме, а на носу длинную витую шею венчала маленькая голова, с заметной ленцой и под нескончаемый перечень отдаваемых капитаном команд, наконец, оттолкнулась от пирса и вышла на открытую воду.
Продолжение следует...