– Дарлон, в бедном квартале до сих пор проповедуют фанатики. Мы же велели тебе пресечь их деятельность! – строго отчитывал один из Старейшин, седоволосый худощавый старик, впрочем, глаза его сверкали живым огоньком, говорившим о том, что почтенный муж нисколько не потерял интерес к жизни.
– Да, владыка Аньюир, – отвечал Дарлон. – Я счел возможным послать учеников выяснить круг их сторонников прежде, чем действовать. Арестами можно спугнуть оставшихся, после чего будет затруднительно их найти.
– Найдем! А сейчас нам необходимо лишить их возможности обращаться к широкой публике с помоста! – горячился другой, статный эльф с гордой осанкой. Ростом он был ниже предыдущего, с белыми, как снег, волосами, заплетенными в изящную прическу. – Действуй!
– Я повинуюсь, – покорно отвесил поклон наставник Амегри.
В это время к ним подошли двое темных эльфов в сопровождении Локшара и полдюжины стражников.
– Владыка Ротгар Прекрасноволосый, – гости кивнули. – Надо полагать, вы не в самом хорошем расположении духа.
– А! Вистан! Идрим! – отвернувшись от Дарлона, старейшина стал приветствовать гостей. – Пусть это вас не беспокоит. Внутренние проблемы – от них никуда не убежишь, верно? Впрочем, давайте я вас представлю.
Пока знать щедро отпускала в адрес друг друга комплименты и обсуждала погоду, Амегри стоял в стороне и терпеливо ждал, опустив голову и топча гальки песчаного грунта под ногами.
Впрочем, довольно скоро тон беседы господ стал уходить в русло политики:
– Аньюир, вы должны быть благодарны принцессе, что она так лояльна в вопросах поставок в Неавис хлопка, мехов и шелка. Учитывая постоянные доклады о нападениях на торговые караваны.
– Мне казалось, мы весьма щедро платим изумрудами, рубинами и сапфирами, Идрим, – поморщился старейшина. – Мы взяли на себя все риски: если мы что-то недополучаем из-за варварских грабежей разбойников, оплату вы все равно получаете исправно и в полном объеме.
– Конечно, но эти товары возят наши подданные и нападают прежде всего на них! Мы несем убытки из-за вероломных требований о выкупе наших торговцев.
Дарлон, стоявший поодаль от разгорающегося спора, обменялся понимающими взглядами с Амегри и вышел вперед:
– Благородные господа! – обратился он к набиравшим воздуха в легкие, очевидно, для ответных реплик, владыкам с обеих сторон. – Понимаем всю важность повестки дня, но прежде мы хотели бы предложить вам небольшую экскурсию. Мой ученик, – рука указала на Амегри, – готов провести ее для вас. Он прилежный слуга, я ручаюсь за него.
Теперь уже на Амегри смотрела дюжина пар глаз.
– … разумеется, если ваши светлости будут не против, – продолжал Дарлон. – Вы, должно быть, устали в дороге и…
– Верно говорит, – быстро подобрался Аньюир, один из старейшин Неависа. – Государственные дела могут немного подождать. Где же наше гостеприимство? – он благодарно кивнул Дарлону, что тот вовремя вмешался в перепалку, затем еще раз посмотрел на Амегри, пожевал губу, кивнул снова:
– Послушник! Веди!
За его спиной Дарлон отрывисто кивнул, давая понять, что он свое дело сделал – владыки сказали свое слово, теперь не подведи.
Амегри поежился в насквозь пропотевшей тунике, выпрямился, стараясь выглядеть более уверенно, как его и учил наставник.
Наступила тишина, все выжидательно смотрели на него. Одни с любопытством, другие – с неприкрытым раздражением.
– Прошу за мной, высокие господа! – поманил рукой молодой неависец. Он то пятился, то шел боком, не позволяя себе повернуться спиной к правителям и их высокопоставленным гостям.
Последние, в свою очередь, лениво, но последовали за ним.
Амегри подвел их к краю обрыва и заговорил:
– Уверен, красота нашего края давно известна нашим почтенным гостям, – молодой эльф не стал напоминать факт отделения альвов, нынешних темных эльфов Эокраилда, от светлых эльфов Неависа много веков назад. Некогда то был единый народ, подчеркивать раскол которых в своей речи было бы в высшей степени опрометчиво. – Но я убежден, что даже спустя много времени природа способна нас удивлять, можно узнать о ней нечто новое.