Она от чего-то помрачнела и продолжила идти. За спиной деликатно кашлянул в кулак Омм.
– Леди Иви? – позвал дворецкий.
Девочка в последний раз посмотрела в окно, где некая дама возле галереи прогуливалась по лужайке с собачкой и декоративным зонтиком.
– Иду, – не глядя ответила она, ускоряя шаг.
Уже за поворотом потянуло пряными запахами. Очевидно, кухня – дежурную суету стряпух, кухарок, посудомоек и подгоняемых крепким словцом поваров не заметить было невозможно.
Новая подопечная поспешила нагнать Хельвиг. Последняя, дойдя до конца коридора, открыла отпирающиеся в разные стороны двери в следующую комнату.
И вот там уже был не кухонный персонал.
За большим овальным столом обедали четверо. Три девочки – самая взрослая из которых была не более, чем на пару лет старше самой Иви – и один весьма болезненного вида мальчик, и занят он был по большей части ковырянием вилкой еды. Что едва ли добавляло аппетита.
Впрочем, по стремительно опустошаемым тарелкам стало ясно, что трапеза скоро закончится.
– Отчего вы никогда не бывали у Аннэт? – спрашивала одна из девочек. Она сидела во главе стола, на ней было персиковое платьице.
– А! Я знаю, знаю, – отвечала другая, по правую руку от нее, – твой братец мне рассказывал про ваши дела. О! – она подмигнула и погрозила пальчиком. – Еще в Серавене ваши проказы знаю!
Хельвиг без церемоний отодвинула из-под стола еще несколько стульев, жестом давая Иви понять, чтобы занимала одно из них.
– Приятного аппетита, дети, – поприветствовала она всех, кивая застывшему в боковом проходе подавальщику еды с подносом: можно накрывать.
– Обычно она так обходительна с нами, если хочет поручить какую-нибудь грязную работу, – проворчал себе под нос мальчик. Он продолжал превращать свой салат в непонятное месиво.
– Единственная причина, чтобы терпеть детей, – Хельвиг откинулась на спинку стула, позволив гувернеру поставить перед ней столовый прибор.
Заняв свое место, Иви повернулась к Омму и заговорила шепотом:
– И всех их король сделал своими подопечными? Значит, раньше они были как я?
– Верно, – так же шепотом последовал ответ. – Пусть то, что они ведут себя как дворяне, не вводит вас в заблуждение. Они не всегда жили во дворце. Кто-то из семей купцов и ремесленников. Другие просто…
– Других взяли с улицы, как меня, – догадалась девочка. – Я думала, так бывает только в сказках.
– Король любит сказки.
Пока она обдумывала последние слова дворецкого, Хельвиг снова взяла слово:
– Знакомьтесь. Наша новая подопечная, Иви, – кивок в ее сторону. – И она будет жить с нами. Надеюсь, вы поладите.
Вот оно! Ровесники обратили свои взоры на нее.
Девочка во главе стола кинула на соседку вопросительный взгляд, как если бы та уже должна была знать о новоприбывшей все сплетни. Последняя лишь всплеснула руками: «Я не знаю».
Пальцы у Иви тряслись, словно она не подопечная, а ничтожный нищий, прячущий медяки от продажной рыночной стражи. Она чувствовала это так же ясно, как, к примеру, запах своего любимого малинового варенья.
Отчасти так и было. В своей голове она еще не разрешила себе быть подопечной. Разве ее покровительство – это менее удивительно, чем четырехлетний нищий с аккуратно подстриженными ногтями на руках и ногах?
– Это Марабелла, – продолжила Хельвиг, указывая на девочку в персиковом платье с целой копной волос соломенного цвета. Та явно была заводилой среди сверстников. – А это Оливия и Агнесса.
Представление обеих девочек вместе казалось логичным. Они не просто одного поля ягоды, а двойняшки – обе рыжие, в веснушках, с одинаковой осанкой. Несомненно, отличия могли быть в характерах, но пока Иви не представилась возможность узнать их получше, девочка просто отметила для себя, что Оливия в желтом платье с рядами пуговиц по бокам и жестким воротничком вокруг шеи, сидела по правую руку от Марабеллы, а Агнесса в простеньком голубом с белой вышивкой – по левую.
– Ну а это Адриан, – со вздохом закончила Хельвиг. Речь, очевидно, шла о единственном мальчике за столом. Такой вздох названной дочери короля, видимо, означал, что Адриан немало попортил ей нервов.