– Ваше императорское высочество, – коротко откланялся Старший.
– Приветствую, Дарлон, – кивнул император. – Надо думать, у вас были причины сделать срочный запрос. В наших краях начинать вести переговоры прямо с порога – признак дурного тона.
– Были, – быстро подобрался почтенный эльф. – Я бы не осмелился нарушить этикет, не будь это столь важно.
Эдбад ободряюще взмахнул рукой, мол, продолжай.
Дарлон внезапно понял – император хотел дать ему выговориться, потому как знал причину его визита. Шпионы империи уже все ему донесли.
– Эокраилд вероломно напал на Неавис, – серьезно начал Старший. – Альвы заняли столицу. Город в огне.
Немного подумав, он добавил:
– Я прибыл сюда в надежде на то, что союз Алистоградья прислушается к скорби Неависа. Я прошу Империю Эджен вмешаться и прекратить это кровопролитие.
Лицо молодого монарха стало темнеть.
– Просто из любопытства: почему не Серавен, не Тиргитерре? – он задумчиво постучал пальцем по щеке. – Светлых эльфов чтут и уважают по всему миру.
– Потому что Серавен и Тиргитерре доверия заслуживают разве что вот настолько больше, чем сам Эокраилд, – Дарлон развел большой и указательный пальцы примерно на полдюйма.
Эдбад с недовольным видом встал и подошел к балкону.
– Они напали не только на вас, – он стал рассматривать вазу с пионами. Очевидно, император любил цветы. – В Нурию они тоже вторглись.
Дарлон выпучил глаза. Он захотел встать и подойти к императору, но поскольку тот не давал разрешения приблизиться, лишь неуютно поерзал на диване.
– Аумлейн исмагхаль, – без акцента продолжил Эдбад. Что на языке Старшей речи означало буквально «расскажите нам всю драму в исторической ретроспективе». – Без причины государства друг на друга не нападают. Зачем Эокраилду объявлять вам войну?
Старший развел руками:
– Не знаю, ваше величество, – он нахмурил лоб. Видимый с балкона рассвет струился по пустынной земле, прекрасной и сказочной. – Гонцы, посланные на ту сторону, не возвращаются. Наследная принцесса Мюриэль хранит молчание. Допускаю, что какова бы ни была причина, они стыдятся ее, иначе бы давно озвучили свои мотивы. Альвы всегда завидовали нам, светлым эльфам. Весь мир знает, что мы выше войн, распрей и конфликтов. Эокраилд же – молодое государство, некогда сформированное из воинственно настроенных молодых эльфов Неависа, в чьих жилах еще бурлит горячая кровь. Мы всегда говорили, что они не вышли из этого взбалмошного возраста.
Старший предпочел опустить подробности, что этому «молодому государству» было пять столетий. Все и так понимали, что для эльфов это небольшой срок.
– Думаете, они настолько не любят критику? – не слишком дипломатично фыркнул император. – Так или иначе, в СмелфНуре тоже ответов от альвов добиться не могут. Требования те не выставляют, только методично перебрасывают войска к подступам нурийской столицы.
– Разве Эокраилд может себе позволить воевать сразу с несколькими государствами? – недоверчиво спросил Дарлон.
– Эокраилд может воевать одновременно хоть со всем миром, – Эдбад вернулся на диван, по пути взяв с подноса слуги кусочек ананаса. – У них самая сильная экономика. А для ведения войн нужны три вещи: деньги, – он загнул первый палец, – деньги, – загнутым оказался и второй палец, – и…
– Деньги? – предположил Дарлон.
Подержав в воздухе третий палец, император наконец загнул и его.
– Точно, – Эдбад выглядел глубоко погруженным в свои мысли. – Старейшины разве не говорили о финансовых успехах ваших… младших собратьев?
– Старейшин убили, – пожилой неависец опустил взгляд. – Это произошло на встрече с эокраилдскими послами пару дней назад. Я был там.
Ранее откинувшийся на подушки император подался вперед:
– Варварство! – засопел монарх. – Вам следовало прямо сказать об этом в приемной и пройти без очереди. Большинство тех сановников и эмиссаров за дверью, – он указал в сторону входа, – стоят там лишь для того, чтобы докучать мне жалобами на конкуренцию с иностранными купцами и просьбами выпроводить приезжих из страны!