– Омм, что ты думаешь о решении Хельвиг отправиться на поиски лекарства от этой… болезни? – спросила Иви дворецкого.
Практически не сбавляя шага, тот задумчиво потрепал ослика за ухом, после чего, наконец, ответил ей:
– По-моему, очень благородно с ее стороны.
– Накануне она звала меня ехать с ней, – призналась девочка. – Как же быть, Омм? Ты всегда говорил честно! Скажи мне!
На мгновение дворецкий, казалось, был приведен в замешательство.
– Я слишком привязался к вам, леди Иви, чтобы быть объективным. – Завидев, что Иви нахмурилась, Омм тут же уточнил. – … Чтобы быть честным.
Такого ответа для новоиспеченной подопечной было явно недостаточно. Было что-то еще. Что-то, о чем приставленный к ней опекун не сказал.
Кажется, это понимал и он сам.
– Госпожа Хельвиг ошибается, если думает, что ее участие в этом деле необходимо, – продолжил Омм. – Как и в том, что еще одна патронажная поездка что-то изменит: кладбища забиты людьми, верившими, что их некому заменить.
А вот это уже были слова не слуги. То слова друга, доверившегося ей… доверившего Иви свою жизнь! Расскажи она о них кому не следует, и Омм тотчас лишится всего.
– Но ведь без пожертвований медикам не удастся бороться с насланной злыми богами болезнью…
Дворецкий досадливым жестом прервал ее.
– А вы подумайте, леди Иви, откуда все это известно и почему никто не ставит это под сомнение. Ведь это открыли нам, людям, жрецы и оракулы, а после пересказали посещавшие церковные службы вельможи – в сущности, эти самые благотворители, в числе которых и госпожа Хельвиг.
Иви смотрела на дорогу, пытаясь понять слова Омма. Впереди две женщины, по-видимому, желая уступить друг дружке дорогу, одновременно отступили в сторону и вновь оказались нос к носу. Пробормотав извинения, обе разом отступили в другую сторону – с тем же результатом.
Да, она ощущала себя сейчас примерно так же.
– То есть…
– То есть дело не в поиске лекарства, – произнес дворецкий терпеливым тоном учителя, – а в укреплении власти.
Да, это типичный Омм. Его послушать, так все вещи прежде всего математика. Если так, она – уравнение с ошибкой, запрятанной так глубоко, что найти не удается, а итог всегда получается неправильным.
Тут, со стороны, по отношению к которой девочка сидела спиной, Марабелла издала радостный, почти торжествующий возглас. Точно ребенок, углядевший в руках родителей игрушку, которую так долго ждал, она остановила лошадку – та послушно припала на передние копыта – и спешно соскочила на брусчатку.
Проследить за предметом такого ее интереса решила не только Иви. Как почти сразу выяснилось, ради этого даже остановили всю процессию.
Так, ее сверстница с копной волос соломенного цвета, недолго думая, подбежала к установленным прямо на обочине улицы клеткам с животными. В рамках стихийной городской торговли их зачем-то разместили здесь, без навеса посреди нурийской столицы, где все последние дни практически непрерывно шли дожди – чья то была идея, Иви понятия не имела, но уже от души его ненавидела.
Многие из выставленных для любования зевак экзотичных зверей были преимущественно из семейства кошачьих: от странного вида облысевших котов – по-видимому, каких-то породистых, – до настоящих хищников.
Неудивительно, что ввиду их разнообразия внимание Марабеллы перепрыгивало с одного объекта на другой, подобно мотыльку. На самом деле, не более удивительным было и то, чем это ее «порхание» в итоге закончилось: попытавшись погладить через решетку весьма недружелюбного вида пантеру, подопечная короля едва успела отдернуть руку – дикая кошка махнула лапой по железным прутьям.
– Кажется, я ей не нравлюсь, – прижимая к груди спасенную руку и тяжело дыша, девочка испуганно воззрилась на чернокожего хозяина животных.
– Чепуха, это она так выражает симпатию, – с акцентом в голосе соврал в ответ ушлый продавец.
Натан, кажется, только сейчас поняв, что Марабеллу надо защищать, спешно слез с коня.
– Натан, прогони ее прочь! – почти задыхаясь от возмущения, воскликнула еще не отошедшая от шока Марабелла. Что она при этом имела ввиду, лично Иви затруднялась ответить. Прогнать пантеру… куда? В дальний конец клетки? В любом случае, логики здесь можно было даже не искать.