– Да, но я не исключаю, что это был именно тот парень, на которого злилась Эмили.
– Неразделенная любовь? – капитан вздернул брови.
– Возможно. Он не обращал на нее внимания, или забыл ее, причин может быть много.
– И она так сильно могла обидеться, например, на то, что он ее забыл? – удивился Балм.
– Ну да. Это вполне могло ее задеть, – ответила Трейси, – иногда мы бываем злопамятны.
– Это ее задело, а Вальё превратил обиду в нечто большее. Умножил ее ненависть в несколько раз и приукрасил картину какими-то вымышленными событиями. Сделал так, чтобы она всей душой ненавидела и презирала этого парня.
– Ну да, что-то вроде того. А потом, когда она осознала случившееся, то не выдержала такого удара и решила покончить с жизнью, – Трейси закончила цепочку событий.
– Если так, то дела наши еще хуже – вслед за этим Томом мы можем потерять сразу и Саймона. Если его психика не крепче, чем была у Эмили.
Раздался пронзительный звук оповещения. Капитан посмотрел на экран, а затем взглянул на Трейси.
– Сейчас мы узнаем, существовали ли Агнис и Том в действительности.
Балм набрал номер, раздались гудки, потом какой-то шум на другом конце провода.
– Да, слушаю.
– Добрый день, это капитан Балм, следственное отделение. Мой коллега…
– Ах, да, мне сообщили, что вы позвоните, – женщина опустила трубку и позвала кого-то, – Лаура, подойди сюда, – потом голос ее снова стал отчетливым, – капитан, я сейчас передам телефон мадам Лауре Лоньё, она была руководителем Саймона.
– Хорошо.
Раздались какие-то звуки, женский шепот, и, наконец, послышался голос другой женщины, слегка робкий и застенчивый.
– Добрый день, капитан Балм, – голос был мягкий и звонкий.
Капитан сразу вспомнил своих школьных учительниц. Хорошо поставленный и четкий голос, слегка медлительный, речь лаконичная, без слов-паразитов, дикция практически идеальная, но главное – какая-то особенная теплота слышалась в ее голосе, такая бывает обычно только у людей с доброй душой.
– Мадам Лоньё? Очень приятно.
– Взаимно.
– Итак, как вам уже вероятно сказали, мы расследуем исчезновение одного из ваших бывших учеников. Скажите, вы хорошо знали Саймона?
– Да, конечно. Его класс был моим первым опытом в качестве руководителя. Я отлично помню каждого ученика.
– Это то нам и нужно. Были ли среди учеников некая Агнис и Том?
– Да, Том у нас в классе был не один, я помню обоих, а вот Агнис… – мадам Лоньё задумалась.
– Мадам?
– Да, девушка по имени Агнис действительно училась в моем классе, но всего лишь два года.
– А потом? С ней что-то случилось? – Балм превратился во внимание.
– Не совсем… – мадам Лоньё явно не хотела о чем-то рассказывать.
– Говорите же. Что случилось с Агнис? Она погибла? – Балм крепче сжал телефон.
– О, нет, нет. Она жива, сейчас конечно не могу сказать, но с ней все было в порядке, дело в том, что с ней произошел один инцидент во время учебы, о котором бы мне не хотелось упоминать.
– Нам может быть необходима эта информация. Любая мелочь сейчас важна.
– Эх. В общем, эта девушка, Агнис, она имела у нас в школе… далеко не лучшую репутацию. Так как я была ее руководителем, я несколько раз с ней разговаривала, но она так и не рассказала мне, что с ней происходит. Дело в том, что она постоянно заигрывала с мальчиками, в особенности из старших классов, гуляла с ними, каталась на машине, посещала закрытые вечеринки.
Но при всем этом с девочкой явно было что-то не так. На людях она вела себя слишком смело и уверенно. Постоянно улыбалась и смеялась, а когда я с ней разговаривала, то… видела, что ее что-то гложет. Ей было плохо, очень плохо, но она так и не призналась мне. Возможно, это было домашнее насилие. Отец у нее был очень строгий человек, я видела его один раз, и он мне не понравился, ни по внешности, ни по его разговорам.
Мне кажется, дома Агнис было очень плохо, поэтому она отыгрывалась в школе. Вела себя так… развязно. В школе ходили слухи, что она… имела некоторые связи с разными учениками, о ней плохо отзывались, а почти все девочки ее ненавидели. В какой-то момент ее видели в машине у бывшего директора, и потом слухи расползлись по всей школе.
Я часто с ней разговаривала лично, хотела ей как-то помочь, спрашивала ее об этом, не буду говорить вам подробностей, потому что ее сердечные тайны я раскрыть не могу, скажу лишь, что все эти слухи были ложью. Она действительно гуляла с мальчиками, но обычно дальше прогулок это не заходило.
– Обычно? – удивился Балм.
– У нее было несколько парней за время учебы, что у нее с ними было сугубо ее личное дело, – голос мадам Лоньё на мгновенье стал жестким и холодным.