Мы покинули деревню, нужно было срочно укрыться в лесу. Я слышал позади крики крестьян, опомнившись, они бросились за нами в погоню. И бежали они быстрее, чем я. Скоро за ними отправятся другие, раздобыв лошадей. Медлить было нельзя.
Перед нами открылась полоса леса, не чувствуя ног я вбежал туда. Деревья сомкнулись за моей спиной. Позади я различал топот копыт. Пробежав еще несколько десятков метров, мы вдруг наткнулись на какую-то женщину, она собирала травы. Нас нагонял какой-то очень проворный всадник.
Силы покинули меня, ноги подкосились, и я упал на больное плечо. Девушка упала на меня. Я взвыл от боли, но зато она не пострадала при падении. Каталея отползла в сторону и склонилась надо мной.
– Людвиг, с тобой все хорошо? – рыдая спросила она.
Ее волосы упали на мое лицо. Она всхлипывала и нервно сжимала мою руку. Женщина, на которую мы наткнулись, попятилась назад и упала на землю, слегка поранив ладонь. Сил у меня не было, зато я чувствовал тепло той женщины, ощущал ее кровь. Мои глаза затмила пелена желания, я устремил на нее голодный взгляд. Женщина вскрикнула. На секунду я приходил в себя, но затем снова отдавался во власть жажды. Контролировать себя было невозможно, слишком много я потерял сил. Я оттолкнул Каталею и пополз к женщине.
Всадник был уже в нескольких десятках метров от нас, а за ним следовала еще дюжина человек. Нужно было что-то предпринять. Я решил не сопротивляться желанию и полностью отдался в его власть. Других путей не было. Я выпью кровь этой женщины, и тогда у нас будет шанс спастись. О том, что я навечно останусь в поместье графа, отдам свою жизнь в его руки и не получу Каталею, я не думал. Она будет жива. Это главное.
Женщина поднялась и с воплем побежала прочь от меня. Из последних сил я вскочил на ноги и бросился за ней. Через пару шагов я ее настиг. Схватил за волосы, обнажил ее шею и впился в нее зубами. Она забилась в конвульсиях, но руки мои все сильнее сжимали ее, напитываясь силой. Все тело окутало тепло, на губах я ощущал приятный вкус крови. Сознание мое прояснилось, силы начали возвращаться ко мне. Я пил ее кровь, пока все мое тело, все мои мышцы не восстановили свою энергию.
Когда было достаточно, я отбросил ее от себя. Лицо у нее было серое и безжизненное. В стеклянных глазах застыл страх. Я вскочил на ноги и бросился к Каталее. Крестьянин на лошади был от нее в нескольких шагах, тогда я прыгнул на него и скинул с лошади.
Девушка все это время безмолвно наблюдала за мной. По ее лицу струились слезы. Я подбежал к ней и взял ее на руки. Она нервно сжала ладонями мое лицо и с сожалением и любовью посмотрела в мои глаза.
– Людвиг, что же теперь будет? – прошептала она и прикоснулась губами к моим губам. Я почувствовал ее тепло, ее мягкую и нежную кожу.
– Ты осталась со мной. Остальное не имеет значения, – ответил я и подошел к лошади. – А сейчас нам нужно уехать отсюда.
Вторая ночь. Отель «Виктория».
– Какого черта? – удивился Балм. – Я оставлял дневник здесь, точно помню.
Капитан принялся открывать все ящики – один за другим. Потом он заглянул под кровать, проверил одеяло, подушку, шкаф. В общем, от его пытливого взгляда ничего не укрылось, но дневника нигде не было.
– А он может быть в твоей комнате? – спросил Балм. – Может, ты его оставила там? Иначе я ничего не понимаю.
– Нет, – Трейси помотала головой, – я читала здесь, в вашем номере, но я посмотрю. Вернусь через пару минут.
Девушка покинула комнату. Спустя десять минут она вернулась. Лицо у Трейси было задумчивое, Балм сразу все понял.
– Ничего. Даже намека на дневник, – печально сказала девушка, усаживаясь на диван.
– Без него нам будет непросто. Хотя… мы ведь прочитали все записи и нигде нет ничего связанного с Томом. Может он вовсе его и не ищет, – капитан сделал паузу, – нет, не то. Судя по всему, есть еще третья часть дневника. И нужно найти ее как можно скорее. Но без дневника мы даже головоломку не вспомним.
– Я сфотографировала дневник. Каждую запись, – спокойно ответила Трейси.
– Ты что? – Балм удивленно смотрел на девушку. – Я не перестаю тобой восхищаться.
– Первое правило – улики нужно зафиксировать, – Трейси пожала плечами. Щеки ее покрыл алый румянец.
Она вооружилась телефоном и открыла галерею.
– Так, вот оно. Написано: «Чарли выпрямляет спину». Значит, первое число – двенадцать, потом идет три. Так как день подходит к концу, третье число – пятнадцать. Восемнадцать – лишнее.