Все это время я пытался найти Тома, но это оказалось не просто. Впрочем, самому мне так и не удалось его найти, его нашел он. Просто сказал мне, куда идти, что делать. Будто я просто марионетка. Так оно и есть.
Мне больше не хочется говорить о нем, теперь я вижу его постоянно. В каждом темном углу, выключая свет перед сном, в ночи я вижу его глаза. Неизменно. Сколько уже это продолжается? Я не знаю. Два желтых глаза смотрят на меня из непроглядной тьмы. Смотрят, приближаются. Чтобы уничтожить их, мне нужно включить свет. Чем он ярче, тем мне спокойнее, но есть и обратный эффект. Яркий свет негативно на меня влияет, я впадаю в нервное состояние. Теряю связь с реальностью, меня начинает трясти.
Меня пугает тьма, желтые огни с узкими щелочками, наблюдающие за мной на ночной улице. Подобно отблескам кошачьих глаз, они появляются из ниоткуда. Тогда же я слышу его шепот, его дыхание, иногда оно преследует меня повсюду. Как можно оставаться в здравом уме в таких условиях?
Но потеря контроля еще хуже, я не знаю, где могу очнуться. Что увижу перед своими глазами в следующий раз? Меня пугает, что однажды я приду в себя в его лапах, легкая добыча, я сам к нему приду. Или с окровавленным ножом в руке, совершив непоправимое, а потом, подобно тому, как это случилось с девушкой из моего сна, летящим вниз, в неизвестность, в пасть чудовища, которую он разверзнет, дабы забрать меня в свое темное царство.
Кто-нибудь сможет меня найти? Не знаю. Это игра, где на кону несколько жизней. Он заставляет меня играть, давая понять, что шанс есть, что еще не все потеряно. Но это все иллюзия. Мираж. А миражи долго не живут, когда я пройду по пути, указанным им еще немного, он пропадет. Но пока я вижу этот маяк в конце туннеля, я иду. И не знаю, чем все это закончится.
Последний мой сон – наиболее светлое явление в моей настоящей жизни. Я бы хотел видеть такие сны чаще, но он разрешает только иногда. А потом снова кошмары. Крысы, паралич, гроб, утонувший в земле… Он испытывает меня.
Но сегодня мне снилось нечто долгое и мучительное. Я был на борту огромного теплохода вместе с Агнис. Не знаю, быть может это был тот самый печально известный Титаник. О, как я был счастлив, когда увидел ее, мягкие темные волосы, обжигающие, но вместе с тем притягивающие глаза. Дьявольский взгляд и усмешка, застывшая на прекрасном лице. Я пытался увезти ее. Спасти от Тома, уехать с ней в новый прекрасный мир, начать жизнь с чистого лица где-нибудь в горах, в одиноком домике на отшибе.
Но корабль пошел ко дну. Я должен был ее спасти.
– Агнис, Агнис! – закричал я, когда корабль вдруг начало трясти.
Паника, вопли, прыгающие за борт люди. Кто-то дерется за спасательную шлюпку. Тогда я оказался далеко от нее. Агнис осталась в нашем номере, а я решил сходить до ресторана, купил ее любимый коктейль. И выплеснул его спустя пару секунд. Я бросился наперерез толпе, ныряя в густую массу разношерстных людей. Они казались такими разными, но перед лицом опасности они предстали в равной мере беспомощными. Стерлись рамки. Мне нужно было спасаться. Люди то и дело останавливали меня, призывая бежать с ними вместе.
– Глупец! Часть кают уже затоплена, а остальные вот-вот окажутся под водой! Ты никого не спасешь!
– Я оставил там свою душу. Без нее я так и так мертвец.
Люди роняли друг друга, топтали. Человеческие тела оказались ковровой дорожкой для сильных на пути к спасению. В толпе я увидел желтые глаза, они взглянули на меня и скрылись среди объятых страхом лиц. Я последовал за ним. К горлу подступила тревога, Агнис была в опасности. Он бы убил ее.
Я бросился за этим человеком в черном плаще. Тогда мне казалось, что это человек. Он будто бы не замечал толпу, медленно, но плавно продвигаясь к той палубе, где я оставил Агнис.
Когда я очутился на нужной палубе, то заметил, как задняя ее часть уходит под воду. Часть кают уже была скрыта под ее толщей. В этот момент я ощутил в душе легкую радость от того, что наш с Агнис номер находился близко к выходу, прямо у лестницы на палубу. Я поспешил к нему. Перед моими глазами мерцали цифры и числа, мгновенно испаряющиеся из памяти. Так было со всеми дверьми, кроме одной. Нашего с ней пятнадцатого номера. Я постучался – ответа не было. Я начал ломиться и кричать, но она не слышала. Или ее уже не было в комнате.
– Агнис! Агнис! Ты меня слышишь? – выкрикивал я. – Ответь же что-нибудь!
Руки и ноги мои с силой обрушивались на входную дверь, но этого было недостаточно. Тогда я попробовал выбить дверь плечом. Замок был довольно надежный, но вот дверь доверия не внушала. С воплями я бросился на ее штурм.