Головы вампала яростно зарычали. Он вновь приготовился напасть. Лис бросился первым, решив, закончить все как можно быстрее. Магия леса недолговечна. За нее придется платить. Вампал ловко увернулся, несмотря на свое грузное, на первый взгляд, тело и вцепился клыками одной из голов в бок лиса. Лис взвыл и вцепился зубами вампалу в лапу. Вторженец отпрянул от лиса, злобно рыча.
Лис еле встал, ощущая боль в теле. Пусть лес и исцелял раны, но боль никуда не уходила и с каждой новой раной лишь множилась. Сейчас ему было больно настолько, что хотелось просто рухнуть на снег и не шевелиться. Это было бы прекрасно. Только вот сделать так нельзя. Нельзя. Он не может позволить этому обезумевшему животному разгуливать в его владениях. Поэтому нужно вставать. Снова и снова. Пока он не победит. Только уверенности в этом у лиса не было.
Вампал неуклюже поджал раненую лапу, после выпрямился и оперся на нее. Горящие безумным светом глаза опасно сверкнули. Видимо, ему было больно, но чтобы остановить его — мало. Лис напрягся, приготовившись к прыжку, собирая последние силы. Если и сейчас не удастся, больше он вряд ли сможет встать. Боль сковывает мышцы и мешает трезво думать. Да и время лесного исцеления скоро окончится. Раны появятся вновь и тогда он рухнет прямо здесь.
Две стрелы впиваются в бок вампала, заставляя того покачнуться и повернуться в сторону нападавшего. В тени двух старых деревьев стоял охотник и готовился пустить еще две стрелы. Лис отступил, внимательно следя и за безумным вампалом, и за неожиданно появившимся человеком. Это нарушало его планы. Люди не должны его видеть. Им нельзя. Иначе они захотят поймать его и выведать секреты этого леса. Лис понимал это и потому медленно отступал. По сути, этот человек сейчас спас ему жизнь. Лису должно хватить времени добраться до волшебного озера в центре леса. Если успеет, пока действует магия, он выживет.
Охотник пускает еще стрелы в вампала, но, кажется, они не причиняют ему особого вреда. Вампал надвигается на него, неуклюже прихрамывая на раненую лапу. Его глаза горят безумием и желанием убить, полакомиться мясом. Охотник делает шаг назад, пытается вытащить еще стрелы из колчана за спиной, но его руки дрожат, и он не успевает. Вампал бросается к нему.
И лис, только что решивший сбежать, пока зверь отвлекся, бросается на перехват. Да, сейчас он нарушит добрый десяток старинных правил, но и бросить в беде этого человека он не может. И будь что будет. Прежде чем прыгнуть на вампала, лис понимает — времени добраться до озера у него уже не будет.
И снова звери завертелись в клубке. Головы вампала кусали лиса, рвали его шкуру. Тот все пытался впиться в глотку хоть одной голове. Если он это сможет — он победит. Все головы вампала взаимосвязаны — сможет перегрызть хоть кому-то глотку, и вампал умрет. Раны на теле лиса не успевали исцеляться, а вампал уже наносил новые. Зверь дурел от крови лиса и инстинкт самозащиты больше не слушал. Лису это сыграло на руку. В один и таких выпадов он все же вцепился тому в глотку, с силой сжимая зубы и вырывая оттуда кусок. Вампал лишь жалостливо что-то проскулил и рухнул наземь.
Охотник, прятавшийся все это время за толстым кедром и внимательно следящий за схваткой, осторожно вышел из укрытия. Наконец, доставая стрелу трясущимися руками и натягивая тетиву, он медленно, шаг за шагом, подходит к почти не шевелящемуся лису.
В этот раз все было иначе. Четче, ярче. Будто он действительно стал этим самым лисом. Он ощущал его боль как свою собственную, его желание защитить это место — будто это его родной дом, его желание жить… Оно было настоящим, понятным, логичным, но сам поступок лиса отверг его. Впервые охотник побывал в теле разумного животного. Возможность поступить вопреки инстинктам — всегда считался показателем разумности. Ему стоило больших трудов отделить своё сознание от сознания лиса.
Лис пытается встать, чем вновь привлекает к себе внимание, но сил не хватает. Лапы не слушаются и не хотят поднимать тело, ставшее вмиг слишком тяжелым. Время магии на исходе, понимает лис, чувствуя, что раны больше не исцеляются. Но и старые пока не появляются. Боль слишком сильная, чтобы продолжать попытки встать. Глаза сами закрываются. И хоть он не видит сейчас охотника, он его слышит. Чувствует, как тот натягивает тетиву, как он напряжен и готов в любой момент пустить в него стрелу. Умирать не хочется, и, снова вопреки всему, страха нет. Лис понимает: его время вот-вот закончится. Он не жалеет, что нарушил множество правил, когда спас человека. Скоро это будет совсем неважно.