Спустя неделю, когда я проснулся с ожившими воспоминаниями, эти семь дней показались мне по-нелепому смешными. Впрочем, эмоции от смерти Алисы и правда потускнели. Киор был прав. Я осознал, что это был лишь сон, и даже та боль, что я испытал по-настоящему, превратилась в фальшивку. Манипуляция воспоминаниями превратилась в невероятной силы лекарство от сердечной боли.
Периодически посещала мысль «А что если сейчас — тоже сон?», но я ее отбрасывал. Если Алиса мертва — то лучше наслаждаться сновидением, в котором она жива, вечность. Коль нет — делать вывод о собственной невнимательности, чтобы в будущем не допустить такой ошибки.
Любимая спрашивала Киора, можно ли мне вернуть голос или, хотя бы, дать клыки, чтобы я мог пить кровь и становиться сильнее. Но Белый, обдумав мою ситуацию, решительно покачал головой. «Только если он не хочет сменить тело и вместе с ним Дар». Я отказался. Знал, что это слишком рискованно.
На восьмой день Киор собрался в дорогу.
— Ян, я рассказал все, что ты должен был знать, а что не должен был — ты вспомнил. Насчет полководца я серьезно. Только ты должен сначала доказать свою верность Отцу, не только мне. А для этого потребуется долгий путь, знаю из своего опыта. Но… Как говорили мои предки — терпи, казак, атаманом станешь. Проще говоря, наешься солдатской каши — закатишь генеральский пир.
Кивнув, я пожал его руку. То же и с Веанимом.
— Разрисовал ты меня хорошо, не поспоришь, — ухмыльнулся парень. — И спасибо, Ян. Я получил прекрасный опыт. Теперь, если понадобится кого-то допросить, буду звать тебя или другого немого парня. Вы ужасно страшные, когда стоите перед связанным и молча его режете. До сих пор иногда мурашки по коже.
— Иди уже, болтун, — буркнула Алиса, опуская подбородок на мое плечо и неприветливо глядя на вампира из-за моей спины. — Мне приятно, что ты радуешься пытке, через которую прошел, но это не значит, что мы теперь твои личные писари, слушающие биографическую повесть…
— Как всегда злая! — бросил напоследок Веаним и вышел за Киором.
Я выдохнул.
— Не расстраивайся, Янчик. Пришьешь кого-нибудь другого, — Алиса чмокнула меня в шею и отстранилась. — Не знаю, как ты, а я спать хочу.
Хотелось сказать, что мне тоскливо не без убийств, а без голоса. Но потом я подумал, что и сам не уверен, из-за чего тяжело на душе. В конце концов, лишать жизни достаточно весело. Для какой-то части меня. А значит, и не поспоришь — пришью кого-то другого.
— Нам, кстати, надо будет сходить к храму моего братца. Его, наверное, успели хоть немного восстановить за это время.
Кивнув, я рухнул рядом с Алисой и закрыл глаза. Последние девять дней были достаточно насыщенными. Хотя все еще слабо дотягивали до приключений с Джорданом, когда мы врывались на лошадях через ворота в город… или когда энты внезапно напали на заснеженной дороге… Последнее было веселее. Забавно вспоминать, как этот демонюга решительно вырезал руну на теле дерева и потом рухнул на землю, когда гигант, извиваясь, агонизировал весь в огне…
Глава двадцать пятая, в которой мести намечается цель
Каждое утро в поселении начиналось с простых дел — набрать воду для животных, готовка, мытье, наколоть дров, сходить за хворостом, выйти на разведку в окрестности, чтобы убедиться в отсутствии опасных зверей и врагов. Файльговцы давали себе время проснуться, собраться с силами и заняться более тяжелыми делами. К примеру, отстроить храм и Аэ (тот самый «трактир», в котором Медуса устроила переполох). Добыть мясо. Камень и дерево.
Аиу, хозяйка нашего дома, просила нас с Алисой не бездельничать. И когда вампиресса отправилась с отрядом охотников добывать пропитание, я остался помогать с домашними делами, не требующими большой силы и учащенного дыхания. Муж Аиу сумел заметить и понять проблемы, которые у меня наблюдались с выносливостью, а потому уверенно заявил, что в работе ему помощь не нужна. За что я был весьма благодарен.
Да, жители Файльга хоть и относились к нечисти как к существам более высокого и священного порядка, тем не менее, просили их часто о какой-то помощи. Не думаю, что это высокая плата за возможность пить кровь ослабевших.
— Прибыл из другой страны? — спросила Аиу, нарезая морковь.
Кивнул и вновь ударил молотком для мяса. Равномерное, монотонное занятие, за которое я не брался уже очень давно. С детства, когда возраст не позволял делать в одиночестве что-то кроме учебы и бездельничества. Я в тайне от матери помогал кухарке, которая поняла, что легче дать мне роль, чем отказывать по сто раз на дню.
— Хорошо там?
Покачал головой.
— И верно, остался бы, — кивнула Аиу, скидывая морковь в горшок.
Она не знала о Темнолесье. Не знала географию. Не знала ничего о том, что творится за пределами ее поселения — потому что не интересно.
Мяса было много, больше, чем овощей. Я ел ту же пищу, что и хозяева, так что мог уверенно заявить — чем больше плоти, тем лучше.
— Муж хочет знать, сможешь ли ты помочь в ремонте храма.
Кивнул. Если нужно — то помогу. Мужской силы в поселении поубавилось после прихода Медусы — многие отдыхали в Аэ. Женщин там было не так много.
— Хорошо.
Хотя не сказать, что горло позволит долго носить камни, ведра с растворами и любые другие тяжести. Впрочем, может, мне дадут работу полегче.
— Добавить? — Аиу показала на приправу, которая, за время в Файльге, стала моей любимой.
Улыбнулся. И хозяйка ответила тем же.
Муж ее ушел вместе с Алисой и другими охотниками. В планах добыть мясо, но на деле от них не было вестей до самого вечера. Пока не пришло трое, истрепанных, измучанных, один из которых умудрился взвалить на плечо худое тело девушки. Серьезная ноша для едва не погибшего.
Стоял позади всех, слушая, как жители переговариваются. Охотники рассказали, что на них напал Собирающий Кровь. Часть убил, часть забрал в свою нору. Алису едва удалось отбить — она единственная, кого удалось спасти. Иронично — они взялись бороться за жизнь нечисти, а не кого-то из своих.
Муж Аиу отсутствовал.
Вампирессу отнесли на кровать, хозяйка сменила истрепанную одежду на чистую. Обработала раны на плече, шее и ногах. Ушла прочь — подавленная, но борющаяся с поражением.
Я сидел возле возлюбленной. Касался нежной кожи, в задумчивости покусывая губу. Поцеловал напоследок худое плечо и поднялся. Забросил на плечо кобуры с револьверами, сидящими на плотном ремешке. Запихнул за пояс ножик Веанима.
Киор научил кое-чему. «У тебя нет клыков, шанса пить кровь. Но ты можешь стать сильнее. Как? Дерись. Дерись всегда и со всеми. Даже без зубов».
Даже если навыки скудны, их всегда можно отточить. Если сил мало — лишь тяжелый труд прибавит их. Если нет решимости — только борьба ее принесет.
Из дома вышел тихо, никого не потревожив. Улицы пустели, и оставшиеся на них не обратили внимания на поступь человека в плаще. Капюшон, шарф, а под тканью — куча оружия.
Лишь Адель беспокоилась. «Если Алиса проиграла — на что ты сам можешь рассчитывать?»
***
Тропа к норе Собирателя была усеяна грибами с множеством ядовитых мешочков. Один из таких видел перед нападением сына Некрос. Я шел по следам природы.
Охотникам мало что известно о той твари, которая растерзала почти весь отряд файльговцев. Собиратели редки, а их присутствие выдается лишь грибами — и трупами. Для меня оставалось загадкой, как эти придурки умудрились подойти к норе, если все вокруг усеяно чертовыми знаками. «Опасно, не подходите!» — кричали споры, способные поглотить кровь за несколько секунд. Лишь одна ранка, и от человека останется мумия.
Так же для меня оставалось загадкой, каким образом охотники смогли выжить. Израненные — как избежали грибов, несущих смерть? Один крохотный порез и такая же маленькая спора. Вот рецепт мучительной гибели. И все же…