Да, мои родители были вампирами. Для нас вполне типично пожинать плоды, взращенные низшими. Съесть молодого юношу или даже девушку, отловив ее среди мрака ночи. И каждый из клыкастых справляется с этим по-своему. Не знаю, справился бы я или нет. Отец рассказывал, что это та необходимость, которую вампиры часто делают под страхом смерти. Без крови в нас не будет силы. Желания жить. И если ты не хочешь стать безвольным, отрешенным существом, которое найдет свою смерть в ближайших днях… ты должен питаться. И пытаться не думать об убитых. Веселиться, забывая, что во рту вкус чужой крови.
Плата. Цена жизни. Отец говорил, что надо жить так, чтобы соответствовать ей. Оправдывать ценник, навешенный на тебя кем-то высшим.
И я правда стараюсь. Хотя иногда кажется, что у меня не удается.
— Опять грустишь, Джо? — Некрос ткнула меня в плечо кулачком. — Снова терзают сомнения?
— Да. Пуще прежнего.
— Это из-за того, что мы ушли от Алисы. И Яна.
— Он сказал что-то напоследок? Что-то такое, что обеспокоило тебя?
— «Сказал»? Смешно. Он же немой, ты помнишь?
— Я-то помню. А ты должен понимать, что я имею в виду.
— Нет, ничего такого. Кажется, он вполне…
Губы прижимаются в поцелуе, я чувствую, как язык робко касается меня, и по какой-то причине не в силах оттолкнуть. Наверное, и не хочу. Ян не привлекал меня в любви. Никогда. Но я чувствовал, что это, возможно, последний шанс подарить ему хоть что-то кроме боли и страданий.
— Он вполне тепло попрощался. И согласился прикрыть Алису в случае чего. Так что я более-менее спокоен на этот счет. Скорее, я… — так тяжело признаваться в собственной слабости, но Некрос я мог доверять. — Скорее я просто боюсь. За сестру. И за южанина. Сколько вместе путешествуем, мир то и дело подкидывает дрянь. Пинает нас всех. И я не хочу, чтобы с ними обоими что-то случилось. Не сейчас. У Алисы ребенок и…
— Я понимаю, — выдохнула Некрос, положив руку мне на плечо. — Все хорошо, малыш. Они сейчас в безопасности. И единственное, о чем нам стоит переживать сейчас, — мы сами. Не хочу уничтожать твою уверенность. Подрывать мораль или еще что в этом духе… Просто знай, что завтра мы, скорее всего, найдем эльфов. И предстоит, возможно, тяжелый бой. Стоит сосредоточиться на подготовке. Пусть хотя бы и внутренней.
— Спасибо, — я улыбнулся, касаясь ее руки и легонько сжимая. — Я буду готов. Клянусь. Но только завтра. Сегодня хотел бы позволить себе немного слабости. Если ты не против.
— Рядом с тобой надежный товарищ, не переживай. Так, как ты доказал собственную преданность, я могу доказать свою. И если уж ты решился тащиться с Акулой в такую даль… не беспокойся, я отплачу тем же.
— Не надо ничем платить. Мне хватит обычного понимания, — усмехнулся я, опуская руки. — Завтра я буду в полной готовности. Клянусь.
— Как скажешь, малыш. Я тебе верю.
— Надерем эльфам задницы?
— Обязательно. С первыми лучами вернемся к поискам, а как найдем — будет превосходнейшая заруба.
Некрос подмигнула, а мне оставалось лишь улыбнуться ее бодрости. Хоть и догадывался, что это может быть игрой лица…
***
Утро было окрашено в серые тона. Банально. Примитивно. Никогда не любил такую погоду: из всех виденных мною, она была самой скучной. Впрочем, не приходится жаловаться. Сегодня важный день, который довольно быстро раскрасит не только наши с Некрос мечи. Траву, кусты, деревья, землю и, быть может, небеса. Все станет красным. От крови.
Я жадно прильнул к горлышку фляги. По пути к Аргардским Садам мы закупились выпивкой. Как еще коротать время ночи?
— Забавный факт. Вампиры не переносят воду, но алкоголь пить могут, — сказала Некрос, отбирая у меня вино.
— Да. А то я не знал. К чему ты это?
— Ты не задумывался, что непереносимость воды больше похожа на чье-то проклятие, нежели на природную особенность?
— Эльфы? — я криво усмехнулся.
— Именно. Причина, по которой я ненавижу этих ублюдков, заключается в том, что они прокляли слишком много деталей этого мира. Когда-то давно, когда вампиры только появились…
— Ушастым это не понравилось, да? — я покачал головой. — Почему они столь могущественны? Почему боги не отняли их силу?
— Потому что этого не допустил тот, кто создал эту планету, — демонесса пожала плечами и вернула флягу. — В общем-то, логично. Ты бы тоже не захотел, если бы у твоего ребенка отняли власть и силу.
— Ты знаешь создателя?
— Его никто не знает. Во всяком случае, я пока не встречала тех, кто хотя бы видел Всеотца.
Пожав плечами, я допил последние остатки вина. Мне лично — плевать. Кем бы ни был этот Всеотец, я знал, что ему на меня плевать. И он никак не влияет на мою судьбу. Повороты истории и чужих конфликтов меня не должны касаться.
Некрос поднялась, отряхнула плащ. Вытащила Тласолтеотль из земли. Свой двуручный меч, в котором жила древняя богиня. Когда-то этим клинком пользовался я. До того, как мы уплыли из Холиврита. До того, как законная обладательница меча вернулась к жизни.
— Я хочу знать, намерен ли ты пользоваться силой демона. Ты ведь ее поглотил вместе с ним, верно?
— Не ради того, чтобы убивать. Не ради того, чтобы обрести могущество. Я убил Плачущего лишь для спокойной жизни. Он мешал мне. И я точно не собираюсь возвращаться к его силе.
— Смотри сам. Я бы не отказалась от твоей настоящей мощи.
— Если дойдет до крайнего, я сделаю то, что должен. Не беспокойся. Пообещал же.
Разминая спину, я внезапно почувствовал странный укол в сердце. Грифон негодовал. Его что-то беспокоило. И я внимательнее прислушался к ощущениям.
— Ты ведь тоже заметила?
— Да. Видимо, сегодня мы встретим не только эльфов.
— Плевать. Мы знаем цель, и никто не должен помешать.
— Ты уверен? Далековато заходишь ради моего сына.
— Он мой друг. А чей он сын — вопрос другой.
Некрос улыбнулась. Не знаю, действительно ли ее радовало то, что я считаю Акулу своим товарищем. Но, наверное, если в этом моя мотивация — это выгодно для демоницы.
— Идем, Джордан. Давно я не виделась с этими уродами, но уверена, что ничего нового они не покажут. Бояться нечего. Просто остерегайся проклятий. Если увидишь, что кто-то начинает говорить лишнее — просто убей его.
— Знаешь ли, никогда не любил тех, кто болтает под острием меча. Так что разберусь.
Капля дождя опустилась на мой затылок. И я, недовольно поморщившись, накинул капюшон. Если начнется ливень — тем лучше. Смоет кровь раньше, чем она мне надоест.
***
Аргардские Сады легко различимы издалека. И пусть эльфы живут в хижинах, свитых из ветвей деревьев и лоз, целое поселение не могло спрятаться от внимательных глаз. Особенно, когда ты вываливаешься из кустарника и едва не сбиваешь с ног какую-то собирательницу. В ее руках — простая корзинка с ягодами. Глаза перепуганные. Хотя…
Я увидел эльфа впервые в жизни. Слышал о них когда-то, но почти нигде не описывается их настоящая внешность. Это народ, живущий в изоляции от всего мира. Они не прячутся, но они достаточно опасны для того, чтобы отпугнуть любую разумную тварь. Видимо, мы с Некрос были безумны, раз действительно решили сунуться в Аргард.
— Извините? — спросила эльфийка.
Вопрос я понял лишь из-за наркотика горгоны, который мне когда-то вкололи по нелепой случайности. Видимо, эти твари знакомы с эльфами, раз я разобрал сказанное девушкой.
Ее лицо было отталкивающим. И в то же время миловидным. Эльфы мало чем были похожи на людей. Разве что, фигурой. Какими-то очертаниями. Две ноги, две руки, голова. Пальцы, такое же количество. Но тела их состояли не совсем из плоти. Тело покрывали наросты, и эта эльфийка была гола. Им не нужна одежда, если прятать нечего. По рукам вились странные ростки, пальцы были похожи на обломанные ветви.