Но девушка довольно резво вскочила на ноги, все же дезориентация у нежити — это нонсенс. Даже если было сотрясение, то это лишь ухудшит управление телом девушки на некоторое время, но расстройств сознания или чего-то кроме тела с ней не будет. Удобно быть пусть и не полноценной, но нежитью.
Все эти мысли проскочили у меня в одно мгновение, а тело уже выстрелило собой в воздух, налетая на прыгнувшего ко мне Хантера. При столкновении с этой «консервной банкой», у меня в организме хрустнуло сразу нескольких местах, но несмотря на меньшую массу моего тела, ускорение явно было на моей стороне, да и Хантер был уже на излете, так что в итоге приземлился я на него, и ногами прижав его лапищи к его же телу, начал месить его своими руками. Во все стороны летели ошметки плоти, под истошное рычание монстра, но противник подо мной все никак не утихал. Я уже и челюсти подключил к делу, прогрызая место, где должна быть шея (у Хантеров голова сразу переходит в плечи) в той части, где у него чешуя мягче. К слову, великолепная кровь на вкус, хотя видок отпугивает — черный с прозеленью. Но брезгливость умерла у меня еще до прихода в город, когда я осознал в себе корейца (а кто еще будет есть собак, пусть и нежить?), так что внимание на цвет я не обращал, сосредоточившись на превосходном вкусе.
Но я в очередной раз забыл, что Хантера глупо мерить человеческими параметрами — его ноги чем-то напоминали в суставах лягушачьи или кузнечика, так что вывернув их под казалось бы нереальным углом, мой противник начал полосовать мои бока. Боли само собой не было, но если так продолжится, то он меня банально перепилит!
Придя к такому выводу, я и сам удвоил натиск, буквально выдирая куски плоти из тела монстра, и чуть ли не прогрызая себе путь в теле. И, спустя лишь пару секунд реального времени, показавшихся мне вечностью, случилось сразу два события, заставивших моего противника затихнуть. Первое — я наконец проломил правой рукой ему ребра с левой стороны и вырвал его сердце… трехкамерное, отметило мое сознание, в котором плавало довольно много знаний Эрудитки и ученого из спецназа. Второе — мной было перегрызено его горло, по крайней мере, хруст прозвучал очень «смачный».
Откусив часть сердца, пока свежее, я поднялся на ноги, отмечая, что благодаря выпитой в процессе борьбы крови монстра, моя регенерация ускорилась. Но, решив первым делом помочь Эрудитке, а потом совместными силами избавиться от двух оставшихся Хантеров, и уже после спокойно перекусить, да и об телах солдат и сотрудников позаботиться (обезглавить, во избежание, пусть они до сих пор не поднялись, но я знаю подлость этого мира, когда трупы встают в самый неудобный момент) и лабораторию обследовать, я кинулся в сторону еще сражающейся девушки.
Быстрое сближение к находящемуся ко мне спиной монстру, и я словно выстреливаю своей рукой, целясь в позвоночник Хантера. С жутким хрустом моя рука пробивает спину Охотника и смыкается на позвоночнике монстра. Дергаю со всей силы назад, буквально вырывая схваченный кусок. Будь ты хоть четырежды монстр, а без части позвоночника не побегаешь, так что на очередном шаге вперед, Хантер странно запнулся и повалился на землю. Но подобное повреждение лишь временно вывело из строя нижнюю его часть, так что упертый Охотник перебирая передними лапами поволок себя к отступившей Эрудитке.
Переглянувшись с напарницей, я понял, что нам пришла одна и та же мысль. Выхватываю свой пистолет, и стоя над ползущим монстром, по странной причине поставившем своей целью именно девушку, всаживаю пулю ему в левый глаз, а Эрудитка в правый. Либо у него мелкий мозг, либо повреждения от выстрелов были не критичны, но Хантер даже с такими повреждениями остался жив. Ослепленный, он замер, прислушиваясь. Ну хоть что-то. Бесшумно ступая, становлюсь у него над головой, вытаскиваю нож с уже и так испорченным лезвием, и заношу его над головой, соскальзывая в максимальное свое ускорение. Быстро сажусь на труп, слитным движением вгоняя ему руку с ножом в голову.
Монстр несколько раз дернулся и затих. Фух, ура. Но как-то вяло я испытываю радость, скорей даже это чувство удовлетворения от хорошо проделанной работы. Пытаюсь вытащить нож, но он окончательно раскрошился, так что без какого либо сопротивления, я повел его на себя и обнаружил в своих руках одну лишь рукоять.