- Хочешь знать, что произошло на самом деле в ту ночь? - спросил он, скрестив руки за спиной.
- Думаю, что я узнал об этом достаточно, - ответил старший, отведя взгляд.
- Ты не знаешь главного, - Джеймс подошел вплотную и подозвал брата жестом поближе.
Когда Грэй подошел, Джеймс наклонился к его уху и тихо ехидно прошептал:
- Это я убил советника...
Парень резко дернулся назад, но его схватил Грэй за воротник рубашки, притянув к себе. Теперь все было понятно. Вся картинка, как пазл сложилась в голове и было понятно, чего Джеймс так усердно добивался. Чувство непонятной пустоты сменилось ненавистью.
- Что, Грэй Вонк?! - засмеялся Джеймс совсем не устрашаясь, - Ты все так же самоуверен и смел?!
- Я обо всем расскажу! Ты должен понести наказание! - прошипел Грэй прямо в лицо предателю.
- Нет, братец, потому что отец тебе больше не верит.
Для Грэя эти слова были сильнейшим ударом. Он в ярости оттолкнул от себя младшего и отвернулся, чтобы не видеть его лицо.
- Убирайся! – крикнул он в порыве гнева, - Я не хочу тебя видеть, чертов предатель!
- Как знаешь, Грэй, - спокойно ответил Джеймс, развернувшись уходить, - Просто знай, что отец поддержал совет о твоей казни. И это я подтолкнул его на эту мысль.
Парень зашагал вперед по коридору снова оставляя Грэя наедине с собой. Истерика, злость, безысходность. Вот и конец, думал Грэй, когда бил кулаками стены и себя. Считал себя, а не брата, ничтожеством без души. Как жаль, что нельзя вернуть время назад… Грэй бы тогда не пошел на охоту. Или убил бы и Джеймса. Эта мысль еще тогда засела у него в глубине души, в самом тайном месте.
Казнь состоялась в этот же день, через несколько часов. В этой же камере, в кругу толпы советников, заклинателя и палача. Эральд Вонк был напряжен. Быть может он очень сомневался в принятом решении, и может ему так же сильно, как и Грэю хотелось верить в то, что это неправда, ложь, чья-то злая шутка. Только вот только Грэй знал чья это шутка. Джеймс Вонк - темная лошадка. Жаль. Жаль, что Эральд этого не знал. Король приказал стражникам заковать старшего сына в цепи, а сам стоял подальше с горечью в душе наблюдая за этим.
- Я принял решение, Грэй, - ровным тоном сказал он, - Как бы мне не было горько это говорить, но нужно чтить наши законы. И ты это прекрасно знаешь. Мне пришлось подписать указ о твоей казни.
- О моей казни?! - Грэй дёрнулся, натягивая тяжелые цепи. Нескольким стражникам было уже тяжело его удерживать, - Да что ты вообще знаешь, отец?! - еще одно содрогание и по стене, где были закреплены эти цепи пошла большая трещина, - Меня подставил Джеймс! Это он убил этого драного советника!
- Молчи... - сквозь стиснутые зубы сказал король, - Я понимаю каково это - быть приговоренным, но не смей осквернять имя своего брата!
Грэй замолчал глубоко дыша, уставил глаза в пол. Он излучал ненависть. Он был ненавистью.
- Можно вас на несколько секунд? - спросил главный советник, подошедший к королю, - У меня для вас есть кое какая мысль.
- Говори, - сказал тот, когда они отошли на некоторое расстояние от камеры Грэя.
- Вы видели, что Грэй Вонк силен? Стена пошла трещиной, это мощно! - с восхищением воскликнул тот.
- Я не отменю своего решения.
- А этого и не нужно, - советник снизил голос до шёпота, - Мы можем использовать тело Грэя в своих интересах.
- Продолжай, - король был заинтересован.
- В древние времена было одно очень важное заклинание, - начал советник, - Запрещенное заклинание, но почти забытое. Оно позволяет убить лишь душу, оставляя пустую оболочку тела. Лишь души людей могут жить вечно, душа вампира же - смертна. Тело Грэя сильно, он вампир, нам не составить труда использовать его как мощнейшее оружие.
- А что, если не получится? - спросил Эральд, - Его мать человек!
- Риски равны нулю, - успокоил Эральда советник, - В Грэе уже давным давно нет человеческого начала.
- Ты мне нравишься, главный советник, - Эральд Вонк победно усмехнулся, забыв о той горечи, которая была секунды назад, - Я вознагражу тебя.
Во время казни Эральд Вонк стоял прямо напротив. Он смотрел прямо в глаза Грэю Вонку, сказав ему лишь одно:
- Мы хоть и носим одну фамилию, но ты совсем чужд нам, Грэй Вонк. Я ошибся, когда назвал тебя наследником. Я ошибся, когда встретил твою мать.