ГЛАВА 14. Светские развлечения.
В гостях.
Предложение,или, даже предположение брата, которое Ильди так не понравилось, она всё же обдумала со всей возможной ответственностью. Попробовала поймать озарение, но в очередной раз не получилось – они приходили к ней исключительно спонтанно. Зато были такими ясными и подробными, что иногда прямо таки дрожь пробирала. А вот техники погружения в свой внутренний мир кое-что дали: были они гораздо менее информативными, зато и в плане срабатывания гораздо более безотказными. Тепло или холод, почти как в старой детской игре, вот что Ильди чувствовала. И по отношению к ранийке это было явно тепло, то есть, та должна была сыграть в её судьбе отчётливо-положительную роль.
И очень странное чувство, к которому Ильди так пока и не привыкла, было ощущать это самое тепло по отношению к человеку, кoторый тебе даже не особенно нравится. Нет, то, что ранийка была красива, не слишкoм Ильди волновало, красавиц много, да и в собственной несравненной внешности она была вполне уверена. И то, что та когда-то являлась невестой Сильвина, больше не имело никакого значения. А вот от того, что та вдруг стала занимать серьёзное место в жизни других дорогих и для Ильди людей, было почему-то неприятно.
Но магическому своему чутью Ильди привыкла доверять. Что-что, а оно её еще ни разу не подводило.
И нет, она не принялась с места в карьер переламывать себя и дружить с этой Яростью Сокрушающей несмотря ни на что. Подобного от неё не требовал ни брат, ни её собственное магическое дарование. А вот почаще оказываться в одной компании было вполне посильно и более того, оказалось, что это неплохое развлечение.
Самым первым и памятным оказался дамский приём у Вин-Лауди. Тогда ещё, помнится, Ильди решила принять на него приглашение в основном для того, чтобы повидаться с давней подружкой, отношения с которой за последнее время несколько охладели, но не испортились окончательно. И сразу же, едва войдя и поприветствовав собравшихся дам, Ильди заметила не только изменения в интерьере, но и поняла всю неоднозначность такого решения.
Живописное полотно, не так давно извлечённое с не самого посещаемого уголка галереи, теперь висело в самом центре чайной гостиной, являясь её фокусом, тем местом, к котoрому то и дело обращаются все взгляды присутствующих. Это решение хозяев дома многим казалось странным,ибо батальное полотно, хоть и вписывалось в интерьер по основной цветовой гамме, всё же не особенно подходило чайной гостиной по настроению. Но ровно до тех пор, пока на один из ближайших «дамских» вечеров не позвали ленну Лессади с новой её воспитанницей, а это случилось довольно скоро. Всерьёз третировать в присутствии такой могущественной покровительницы ранийку никто бы не рискнул, но от мелких досадных уколов не смогло бы защитить и оно.
И даже выжидать особенно долго не стали, буквально сразу, едва познакомив девушку со всеми присутствующими, хозяйка дома подвела её к батальному полотну.
- Что скажете, милая? Как вам подобный образчик художественного произведения, где нашли своё место и ваш, и наш народы?
В голосе хозяйки дома Ильди без труда распознала затаённое ожидание грядущего развлечения. Глянула на тётушку – не кинется ли та на подмогу своей новой подопечной, но ленна Лессади была совершенно спокойна и тоже ожидала развития событий. Пожалуй, даже с тем же затаённым интересом.
- Художник, явно пренебрёг фактологией ради драматичности сюжета картины, – заявила Ярость Сокрушающая, после долгого вдумчивого разглядывания живописного полотна. - Он даже на натуру поленился выехать, а ведь местность с тех пор там особенно не поменялась.
А вот Ярая поле прошедшей битвы видела. Не то, чтобы её в ходе обучения кто-то взялся возить по историческим местам – кому бы это в голову пришло? Но через городок, рядом с которым находилось поле битвы при Тёмной Речке, она проезжала вместе с караваном невест-данниц.
- Зачем это? – с претензией и даже агрессивно, возразила Марна Вин-Белек, мнящая себя особой тонко чувствующей и даже меценаткой, хотя ни один художник от её щедрот не кормился. – Вовсе это ни к чему куда-тo ездить, настоящему мастеру достаточно волшебной силы воображения.