— Ронан. — Голос Найи был толстым от желания и эмоций. Ей пришлось разрушить этот момент, прежде чем она зашла слишком далеко. Лус беспокойно заерзала напротив нее, Мэнни отвел взгляд. Она позволила этому зайти слишком далеко, и пора вернуться к делу.
Язык Ронана пробежался по ранкам, прежде чем мужчина отстранился, и дрожь пробежала по ее коже. Она извиняясь глянула на Лус, которая она ответила резким закатыванием глаз.
— Давай просто покончим с этим, — сказала она, когда убрала кинжал в ножны на спине.
Лус и Найя соединили их руки над чашей, как будто согревая руки. Магия светилась, роза и лаванда, и через мгновение кровь соединилась в трехмерное изображение. Рельефная карта вида. Увлекательно.
— Это похоже на одну из троп Дель Норте, — сказала Лус. — В палаточном лагере Милль-крик, где мы праздновали в прошлом июне.
— Именно так, — согласился Мэнни. — Вот только это в десяти минутах отсюда.
— Помните, как Джулз Эверетт добиралась? — засмеялась Лус. — О, боги, она полностью заплутала.
— Позже, Лус, — прервала Найя. Она поднесла руку над чашей, и вспышка жара ударила в кровь, испепеляя ее. — Поехали!
Могущественная ведьма. Ронан с изумлением уставился на свою пару. Полная сюрпризов.
Глава 30
Найя не любила охотиться в полночь. Ее мать всегда говорила, что это плохая примета, но у Найи не было выбора. Порог времени, когда ночь перетекала в день. До рассвета еще несколько часов, но они не могли терять ни секунды, не говоря уже о нескольких минутах. И вот она проглотила зловещее чувство, которое поднялось у нее в горле, и отправилась в Дель Норте.
Мэнни, молча, сидел сзади рядом с Лус. Он был самым уязвимым в этой работе. Быть человеком являлось определенным недостатком. С учетом их троих, Найя была уверена, что они могли обезопасить его.
— Вот как все пойдет, — сказала Найя, пока вела машину. — Мэнни должен выглядеть так, будто он один. Так что он выйдет первым. Но мы будем близко, и Ронан быстрее любого из нас. У мапингуари не будет даже шанса зацепиться за тебя.
— Я не переживаю. — Слова выдавали дрожь в голосе. — Я доверяю тебе, Найя.
В воздухе витало напряжение, когда десять минут спустя все выходили из машины в палаточном лагере Милл-крик. Найя передала Мэнни короткий кинжал, который был не силен в драке, но мог отвлечь мапингуари, если будет необходимо. Он сделал вдох, и улыбнулся Найе дрожащей улыбкой.
— Ну, похоже, что я могу вычеркнуть «побывать приманкой для демона» из моего списка.
Он был самым храбрым человеком, которого она знала. Немногие поставили бы себя на линию огня, как он.
— Я тебя прикрою, — сказала Найя. — Мы все.
— Я буду рулить, — объявила Лус. Она была заметно напряжена, и музыка ее магии играла в бешеном темпе. Найя всегда подозревала, что чувства Лус к Мануэлю были больше, чем просто дружеские. Это было подтверждение. Но также и усложнение.
— Нет. Ты слишком эмоциональна. — Это не поиск и миссия уничтожения. Они должны сдержать мапингуари и использовать его, чтобы прийти к тому, кто создает демонов. Если Лус позволит страху и чувствам к Мэнни править собой, она сначала убьет, а потом будет задавать вопросы, пытаясь защитить его.
— Ерунда, — поспорила Лус. — Я не единственная, у кого едет крыша посреди предсказывающего ритуала.
Низко, но Найя была готова пропустить это. Лус беспокоилась о Мэнни, а Найя так же относилась к Ронану. Именно поэтому она была готова использовать Мэнни в качестве приманки, чтобы отследить источник темной магии. Но это не означало, что она собирается дать своей кузине полный карт-бланш.
— Нет, Лус. Это моя ответственность. Я поведу. Ты пойдешь с фланга по дорожке, которая ведет к началу тропы. Так ты прямо доберешься до Мэнни, если что-то пойдет плохо.
Взгляд Лус пробежался по ней.
— Ты пила кровь мальчика-вампира, — сказала она после тихого мгновения. — Что она сделала с твоей магией?
— Перегрузила, — признала Найя. — Как волшебный Red Bull.
— Хорошо, — сказала Лус. — Тебе это понадобится. Ну же, Мануэль, ты, великолепный кусок мужского мяса, вперед.
Даже справившись с тревогой, Лус умела шутить. Найя хотела бы сделать то же самое.
— Ты готова?
Дыхание Ронана теплом коснулось ее уха. Его присутствие было радушным утешением, и Найя боролся с желанием откинуться ему на грудь, чтобы он обнял ее. Сейчас ей нужно было собраться. Стать жесткой и бесчувственной. Она не принесет никакой пользы никому, если позволит нежным эмоциям взять над ней вверх.