— Черррт.
Слово было не чем иным как шепотом, вырвавшимся из его легких рваным дыханием. Он поддержал ее вытянутые ноги одной рукой, а другой провел по складкам у входа в ее влагалище, прежде чем гладко пробежаться пальцем по ее половым губам и клитору.
Найя задрожала, и тихий стон разорвал тишину ее спальни. Его мошонка болела и сжималась. Приятный укус боли дополнял его удовольствие. Найя согнула колени и сняла нижнее белье, вдыхая сладкий запах, который цеплялся за кружево, прежде чем отбросить их куда-то рядом с ним. Он направил ее ноги, чтобы открыть ему доступ, поставив их по обе стороны от его головы. Ее ягодицы идеально вписывались в его ладони, когда он подтянул бедра к лицу, открывая ее ему. Чертовски красиво.
Ронан протянул руку и провел по ее волосам, потом отбросил их на плечи, позволяя прядям упасть на ее грудь. Затем он снова обратил взгляд на ее сокровенное местечко, его мускулы подтянулись, когда он повернул голову к ней. От первого томного прохода его языка, Найя вскрикнула, ее бедра вздрогнули, когда он коснулся ее клитора. Он мог провести весь день в постели, дразня ее так, медленно доводя до точки кипения.
Она запуталась пальцами в его волосах. Ее впивающиеся ногти в его голову послали мурашки по кожи Ронана. Кончиками пальцев Ронан притянул ее вперед, все еще сжимая нежную кожу ее попки. Он прижался ртом к ее киске, сосал, лизал, покусывал чувствительную плоть. Кончик одного клыка порезал ее половую губу, и жаркие капли крови выступили на поверхности ее кожи. Найя судорожно втянула воздух, и ее тело застыло над ним. Он не хотел быть небрежным с ней. Он сделал ей больно?
— О, боги, Ронан. — Слова покинули ее рот отчаянным горячим порывом. — Ты собираешься укусить меня? — Будто она не могла дождаться его ответа, потому ответила за него, — Да. Сделай это. Я хочу, чтобы ты это сделал.
Она схватила его за волосы покрепче, тяга принесла с собой немного боли. Член Ронана пульсировал в такт с его сердцебиением, покачиваясь над плоским животом, когда он задвигался на кровати. Его клыки пульсировали в деснах, а горло пылало от новой жажды. Казалось, будто не было дня, когда они познакомились, будто он ни разу не брал ее вену, и еще он хотел — нуждался — в большем.
Ему никогда, никогда не будет достаточно.
Мягкими, дразнящими касаниями, он играл с ее киской. Бедра Найи подрагивали, когда она пыталась увеличить давление его рта. Ронан схватил ее за зад, чтобы удержать ее там, где он хотел ее. Она была мокрая; легкому покачиванию ее ягодиц удалось лишь распространить тепло на его груди. Боги, он хотел быть с ней сильно, быстро и грязно. Хотел оросить своим семенем ее упругий живот, округлую попку и пометить ее как свою. Он хотел трахать ее, будто сегодня был их первый и последний раз вместе.
Ее мягкие всхлипы удовольствия раскаляли огонь вожделения Ронана, каждый последующим был еще более рваным и отчаянным, чем предыдущий. Ее бедра дергались, когда он кружил по ее клитору своим языком, и ее мышцы сжались. Ронана посмотрел на нее, она обезумела от похоти, и ее тело сияло розово-золотым оттенком магии. Она была близка.
Ронан взял в рот одну из распухших губ и укусил. Момент, когда его клыки проткнули нежную плоть, Найя закричала. Она откинула голову назад, обхватив руками его бедра, и кончила. Кровь, горячая и сладкая, текла по языку Ронана, и его пальцы впились в ее плоть, удерживая, пока он сосал. Она протянула руку, запутываясь в его волосах еще раз, когда ее бедра продолжали взбрыкивать вверх и двигаться. Мир растаял, когда Ронан питал свою жажду. Единственными звуками в комнате были всхлипы удовольствия Найи, и его собственные жадные глотки, когда он пил из нее.
Его жажда даже не была близка к насыщению. Его потребность в ее теле постоянно накалялась, конкурируя с кипящим жаром клятвы верности в его крови.
Ее оргазм пошел на спад, и яростные толчки бедер Найи теперь были не более чем ленивыми перекатываниями. Ее голова безжизненно повисла, пот тек по коже, оттеняя остатки магии и делая ее похожей на светящуюся богиню в присутствии малого существа.
— Ронан. — Дыхание Найи выходило толчками. Его взгляд пошел за ее рукой, когда она отпустила его волосы и схватилась за свою грудь. Ее пальцы растопырились, и частицы розовой и золотой магии рассеялись в воздухе, будто пыль подхваченная ветерком. — Это было потрясающе. — Ее взгляд был по-прежнему диким и несфокусированным, и медленная улыбка заиграла на губах. — Я никогда не чувствовала ничего подобного за всю мою жизнь.