— Макалистер, должно быть, в отчаянии, раз послал за мной следопыта.
Кристиана схватили за ворот рубашки и развернули. Грегор схватил его за плечи и резко ударил о стену с достаточной силой, чтобы сломать облицовку фасада здания. Его голова ударилась о старинную лепнину, и Кристиан заворчал. Бляяя. Он был сильным, но разъяренный берсерк мог усадить Кристиана на задницу, даже не моргнув.
— Полегче, — произнес он, стиснув зубы. — Он не хочет, чтобы ты умер. Он хочет, чтобы ты вернулся.
Грегор хмыкнул. Холодный, бесчувственный звук раздраконил чувства Кристиана.
— Уверен, что он хочет меня вернуть, но не раньше, чем преподаст мне урок за непослушание, верно?
Кристиан пожал плечами. Ну, как можно развести руками, пока тебя прижимают к стене.
— Ты знаешь, как директора, его гордость была уязвлена, когда ты ушел. Он должен восстановить ее. Но это не значит, что он не готов забыть старые обиды. Сортиари всегда рассматривают всю картину, верно?
Чернота залила глаза Грегора, чернильные завитки поглотили все цвета. Чертовски пугало, когда берсерки отдались своей ярости. Даже его волк зарылся глубже в его психику, чтобы укрыться.
— Они — ничто без своей армии, — отвил Грегор презрительным фырканьем. — И Макалистер — импотент.
Верно. Кристиан не собирался спорить с ним.
— Разве не лучше быть правой рукой судьбы, чем одной из их целей?
Грегор прищурился, когда изучал Кристиана. Нет никакого смысла пытаться оценивать его лояльность. Он был наемником, и Макалистер держал его за яйца.
— Планы Сортиари больше не вписываются в мои.
— В чем разница? — У Кристиана было одно дело — он должен был привести Грегора. Он сомневался, что Макалистер будет разбираться, как он это сделал. — Почему бы не использовать их ресурсы, чтобы получить то, что ты хочешь? Ты играешь с директором, рубишь головы, когда он просит, и продолжаешь идти по пути, который он указывает. Разве для тебя не проще достичь целей, если не нужно все время оглядываться?
Грегор ударил Кристиана о стену еще раз, да так, что у того застучали зубы. Боги, как же больно. С силой берсерка нельзя было шутить.
— Давай проясним одну вещь, оборотень. Я не боюсь Сортиари.
— Зачем тебе? — Трудно уболтать мужчину с характером барсука. Почему Макалистер не послал Кристиана за сексуальной дампиршей? Ему бы понравилась возможность получить сладкий (или грязный) разговор с ней. Все-таки он не выбросил полотенце. — Я просто говорю. Сортиари выслеживают тебя; вампиры выслеживают тебя. Почему бы не убрать врагов из списка?
— Значит, теперь я — враг Сортиари?
Моя гребаная жизнь. Как разговаривать с безмозглой скотиной, одержимой жаждой насилия?
— Не будь идиотом, Грегор. Ты актив. Я готов поспорить, Макалистер закроет глаза на твои внешкольные интересы, как он получит тебя обратно.
Грегор фыркнул, его губы сложились в насмешку.
— И что получишь ты, если я приползу обратно?
Еще один долг будет прощен, как обычно.
— Деньги. — Нет смысла врать; Берсерк это учует.
— Это все? — Грегор даже не пытался ничего сделать, чтобы скрыть брезгливость в голосе, но какие Кристиану дело? Есть более тяжкие грехи, чем продавать свои услуги за пару баксов. — Итак, ты продаешь свои навыки Сортиари. Почему бы не продать их мне?
Хватка Грегора ослабела, и Кристиан с опаской посмотрел на него. Он никогда не говорил «нет деньгам», но он не был уверен, хотел ли он поучаствовать в вендетте, которая якобы заставила Грегора обманывать Макалистера. — Что тебе от меня надо? — Кристиан был чертовски хорошим следопытом, но он ничего не мог предложить Грегору, что берсерк не мог сделать сам. Ублюдок наверняка хотел испытать его прочность.
— Диверсия. Возможно. Я дам тебе знать. — Грегор оттолкнул Кристиан и повернулся, чтобы уйти.
— Как насчет Макалистера? — Кристиан никак не мог позволить берсерку ускользнуть. Иначе отыгрались бы на его заднице.
— Я навещу его, — ответил Грегор. — На моих условиях. Не волнуйся, волк. Ты получишь свою оплату.
Спасибо. Блядь. Он провалился в USC game, ему нужны деньги. Его долги начали накапливаться, и он уже подумывал пуститься в бега. Но нет.
Черный исчез из глаз Грегора, и аура насилия, которое охватила, его смягчилась. Он сверкнул ухмылочкой Кристиану, прежде чем улететь в тень, темную тень. Быстро. Сильно. Смертельный характер, который направлялся на юг все время. Почему Грегору могла быть нужна диверсия?