---
Озеро в сумерках выглядело так, как будто каждый писатель ужасов по очереди пользовался его пейзажем в качестве вдохновения. Тёмная, почти чёрная вода. Тишина, нарушаемая только комарами, которые, кажется, тоже были слегка мистические — судя по их размерам.
— Ты первая! — скомандовала Лена.
По очереди девочки бросали венки, выкрикивая заветное заклинание. Мы стояли, затаив дыхание, ожидая хоть каких-то мистических событий.
Ничего не происходило.
— Ну конечно, — усмехнулась я. — Какое потрясающее предсказание. Абсолютная тишина. Всё как в моей личной жизни.
Настала моя очередь. Я вздохнула с трагическим выражением лица и замахнулась…
— Что это за милое собрание?
Голос был бархатным. Слишком бархатным. Таким бархатным, что сразу захотелось натянуть капюшон и исчезнуть.
Я замерла. Девочки вскрикнули, обернувшись. И конечно — Эдгард.
Появился из ниоткуда, как зловещая готическая фея на балу в честь Луны.
— Только не сейчас... — прошипела я, чувствуя, как венок в моей руке медленно, мучительно разваливается.
— Графиня, — он поклонился, словно был на приёме у королевы, — вы собирались совершить жертвоприношение озеру?
— Это... Это венок! Не жертвоприношение! Хотя... — я мрачно посмотрела на его остатки. — Он явно просит о пощаде.
— Мы гадали на суженых! — радостно сдала меня Надя.
Эдгард приподнял бровь:
— Очаровательно. И какие результаты у вашего ведьминского уикенда?
— Полный провал. Ни одного жениха. Ни одного мистика. Даже ни одного булька.
— Кидай уже! — скомандовала Лена. — Сама же говорила, что ты за науку. Вот и проверь!
Под смешки и подбадривающие возгласы я кинула остатки венка в воду.
— Суженый-ряженый, приди ко мне... — я закатила глаза. — Это звучит, как заказ с маркетплейса.
— ГОВОРИ КАК НАДО! — крикнули девочки.
Я пробормотала заклинание. Вода не шелохнулась.
— Ну вот, — развела я руками. — Мистика отменяется. Мой жених — вода.
— Не торопись, — ухмыльнулся Эдгард.
Я посмотрела на него с подозрением.
— Если ты сейчас скажешь...
— Ведь я уже здесь.
Девочки взвизгнули от восторга, как будто он был Джастином Бибером в образе Дракулы.
Я почувствовала, как щеки (даже мои, искусственно бледные) наливаются краской.
— Я тебя убью, — прошептала я.
— Только поцелуем, — подмигнул он.
---
За ужином меня преследовали.
— А правда, что Эдгард тебе нравится? — Галя не унималась.
— НЕТ! — я ткнула вилкой в котлету, и та отлетела, как свидетель невольной драмы.
— Но он же такой красивый! — Надя мечтательно закатила глаза.
— Он невыносим.
— Он знает тебя с детства! — подмигнула Лена.
— Да, к несчастью.
Коля, сидевший напротив, неожиданно сжал кулаки и начал яростно месить пюре.
— Элеонора просто стесняется, — заявил Дима.
— Я?! Стесняюсь?! — я раскрыла глаза так широко, что, кажется, чуть не превратила пюре в глину.
— Она краснеет! — захихикала Галя.
— Это не покраснение! Это аллергия! На ваш уровень романтической наивности!
Все рассмеялись. Даже Коля. Хотя его улыбка была натянутой.
---
Вечер завершился у костра. Светлана Дмитриевна объявила конкурс страшных историй.
Вова начал с «черной руки». Рука была настолько унылой, что я начала считать, сколько звезд на небе.
— Теперь моя очередь, — сказала я, и все замерли.
— Только не Средневековье! — взмолился Дима.
— Вампиры, — сдержанно сказала я.
Тишина.
— В одном старом замке...
Я говорила тихо. Голос стекал в тьму, как капли крови в вино. Я шевельнула пальцами — и огонь костра погас.
Раздался визг. Паника. Хаос. Цветы падали, девочки цеплялись друг за друга, Коля…
…обхватил меня за руку.
Я посмотрела на него. Он тут же отпрянул.
— Это… я… инстинкт.
— Мило, — я усмехнулась. — Особенно для того, кто пищал как мышонок.
— Я не пищал!
— Пищал, — подтвердил Дима.
Смех. Даже у Светланы Дмитриевны.
Эдгард сидел в стороне и смотрел на меня.
— Отличный трюк, — прошептал он.
— Не знаю, о чём ты, — я улыбнулась невинно.
— Огонь не тухнет сам по себе.
— Ветер?
— Безветрие.
Я пожала плечами.
— Магия.
— Наша магия.
Мы переглянулись.Да. Возможно, этот вечер удался.
Глава 12 : Вышибалы и находка
— Р-раз-два! Наклоняемся!
Голос Светланы Дмитриевны звучал так, будто она всерьёз ожидала, что мы будем ей подчиняться. На полном серьёзе.
Я стояла на месте, скрестив руки, как истинная статуя свободной воли, и наблюдала, как вожатая размахивает руками, будто дирижёр на репетиции детского хаоса.