Глава 28 : Труп
Меня снова разбудили шёпотом.
Это случалось не впервые. С тех пор как я въехала в эту комнату — с облупленными стенами и потолком, украшенным паутиной в форме герба моего рода, — каждую ночь в ней что-то шептало. Иногда — просто эхо прошлого. Иногда — советы от давно мёртвых родственников, которые почему-то считали, что имеют право вмешиваться в мою жизнь, даже из загробья.
На этот раз, правда, всё было немного иначе.
— Элеонора… — прошипел знакомый до дрожи голос. Глухой, бархатный, с гробовой ноткой.
Я приоткрыла один глаз. Над кроватью витал бледный, прозрачный силуэт. В старом камзоле, с развевающимся шёлковым галстуком, густыми бровями и надменным выражением на восковом лице.
— Дедушка Люциан? — хрипло прошептала я.
Он кивнул торжественно, как будто только что объявил о начале войны.
— Тот самый.— Вы же… мёртв.— Это не мешает мне навещать внучку, когда она ведёт себя, как безголовая ведьма.
Сзади послышался привычный фальцет тётушки Маргариты.
— Наглая девчонка, портишь чистоту рода! Целоваться с этим Колей, этим… этим… — она фыркнула, как чайник, — …земным существом!
Я села, вытерла глаза и с шумом уронила голову на подушку.
— Может, вы все заведёте себе дневники и будете писать туда, а не в мои уши ночью?
— Наглость! — ахнула тётя Маргарита.
— Этот мальчишка — ничто, — мрачно сказал Люциан. — Он смертен, глуп и пахнет стиральным порошком. Но вот Эдгар… Эдгар, хоть и не идеален, всё же вампир. Хоть какая-то гарантия, что кровь твоих потомков будет достойной.
— Каких потомков? Вы уже имена выбираете? — проворчала я.
— Нам нравится Иларион, — добавила тётя Полина из-за шкафа.
Я прижала подушку к уху, пытаясь заглушить эту семейную оперу.
— Вы невыносимы… — пробормотала я и уже почти снова уснула…
…как вдруг раздался крик.
Не шёпот, не призрачный звук, не очередной монолог Люциана — а резкий, жуткий человеческий крик, от которого мурашки побежали по позвоночнику. Мой мозг тут же встрепенулся. Что-то случилось.
Я вскочила, отбросив одеяло. Призраки исчезли с раздражённым фырканьем.
— Что случилось? — крикнула я, открывая дверь. Но в коридоре уже не было никого.
Бегом, спотыкаясь, я спустилась вниз. Где-то звенели кастрюли, кто-то шептался в панике. В актовом зале уже собирались дети, и у доски стояла Светлана Дмитриевна — в белом халате, бледная, как мел.
— Тишина… дети, прошу вас… — её голос дрожал, — Сегодня утром на озере нашли тело… Александр… из второго отряда…
Александр.
Я моргнула, будто в глаза попал дым. В ушах звенело.Тот запах. Вчера. Возле воды. Сладкий, плотный, как застывший сироп.
Я машинально повернулась к Денису, который стоял рядом, слегка побледнев.
— Кто это? — прошептала я, — Александр — это кто?
— Ну… высокий, тёмные волосы… — он сжал плечи, — вроде бы с тобой вчера говорил…
Вспышка. Воспоминание — короткое, как удар в голову.Тот парень.Тот, кто увидел мои клыки, когда я зевнула слишком неосторожно.Тот, которому я сунула рубиновое кольцо, надеясь, что блеск золота и фамильный символ заткнут ему рот.
— Ты видел его? Видел труп? — спросила я уже громче, чем следовало.
Денис покачал головой.— Нет. Но по описанию — это он. Хочешь пойти проверить?
Я кивнула.
---
Нам не мешали. В таких ситуациях даже вожатые теряются. Всё покрыто простынёй, под которой угадывались очертания человеческого тела. Его голова была повернута вбок, будто он задремал. Я осторожно подняла край ткани.
Он.
Было трудно смотреть. Его кожа побелела, губы почернели. Но это был он.Мальчишка, который знал.Которому я доверила… кольцо.
Я схватила его за руку. Холодная, безжизненная.Пустая.Кольца не было.
— Это он, — прошептала я.
Из тени появился Эдгар — как всегда, бесшумно. Он выглядел напряжённым, глаза — два тёмных озера, в которых плескалась ярость.
— Это к лучшему, — сказал он, глядя на тело.
— Нет, — я посмотрела на него, — ты не понимаешь. Его надо уничтожить.
Он отшатнулся, будто я ударила его.
— …Что ты сказала?— Ты слышал. Его нужно уничтожить. Полностью. Даже… — я сглотнула, — …душу.
— Зачем?! — глаза Эдгара вспыхнули, — Ты же не думаешь, что он станет вурдалаком?
— Я не думаю. Я знаю.
— Откуда?
— Я… потом скажу. — я отвела взгляд.
Он подошёл ближе.— Ты что-то скрываешь.— Я не обязана…
— Ты увиливаешь!
— Я защищаю тебя! — выкрикнула я. — Ты не знаешь, какие силы я потревожила!
Он молчал. В его глазах метались эмоции, но он ничего не сказал.Я сбежала.