---
Девочки нашли меня в репетиционном зале.Мир был тот же — но как будто под стеклом. Смех, костюмы, музыка — всё казалось искусственным, слишком громким.
— Элеонора! Давай с нами! — Надя уже держала в руках свою корону — из картона, облепленную стразами и надеждами.
— "Я злая королева!" — провозгласила я, вставая на импровизированный пьедестал. — "И я приказываю вам… танцевать!"
Смех, топот, вихрь радости. Я тоже засмеялась. На секунду всё исчезло.Кровь. Озеро. Эдгар.Ничего не было. Только весёлые, глупые дети.
Но…
Внутри, за улыбкой, в затылке и в груди, пульсировала одна мысль:
Кто убил Александра?
И где теперь кольцо?
Пещера встретила меня холодным дыханием камней. Я снова приложила ладонь к родовому знаку — узору, что повторялся на нашем гербе, на кольцах, на гробницах предков. Камень отозвался теплом, будто узнавая меня, и дверь медленно раскрылась внутрь, не издавая ни звука.
Внутри всё было почти так же, как вчера: древние фолианты, пыльные артефакты, шепчущие амулеты, подвешенные к потолку на тонких нитях. Они звенели, будто чувствовали тревогу. Воздух был сухим и терпким, как вино из погреба, в котором хранились только воспоминания.
Но кольца не было.
На пальце Саши. Его не было.
Я почувствовала, как внутри всё опускается. Кольцо — это был не просто сувенир, не просто знак родовой власти. В нём — запечатанная кровь. Энергия. Защита. Проклятие.
Если его нет… если оно исчезло…
Саша уже не просто труп.Он — упырь.
Лихорадочно, с отстранённой яростью, я начала перебирать фолианты. Один за другим, отбрасывая те, что шептали на мёртвых языках, злились от моего прикосновения, жгли пальцы.
И, наконец, нашла.
Тёмная обложка. Пожелтевшие страницы. Название: «Очищение огнём: как уничтожить нежить».
План был прост.Поджечь тело.Убедиться, что от него остался только пепел.Никому не рассказывать.
Я взяла книгу и развернулась — и врезалась в него.
Эдгар.
Он стоял прямо у входа, скрестив руки на груди. Его глаза горели в полумраке, как два уголька. Я чуть не вскрикнула — его появление было слишком бесшумным даже для вампира.
— Где ты была? — его голос был холодным, точным. Как лезвие.
Я попыталась взять себя в руки.
— Не важно.
Он сделал шаг ближе. От него пахло ночью, дождём и чем-то опасным.
— Элеонора, это очень важно.
Я выдохнула. Тень раздражения скользнула по коже.
— В библиотеке. Нашла способ спасти лагерь от упыря.
Он нахмурился. Лицо стало закрытым. Почти маской.
— Ты думаешь, он уже…
Я посмотрела ему прямо в глаза.
— Не думаю. Знаю.
Наступила тишина. Амулеты над нами зазвенели чуть громче. Потом он коротко кивнул.
— Ты умеешь управлять огнём. Я тоже. Вдвоём справимся быстрее.
Я кивнула, сжимая книгу крепче. Он был прав. Но я не сказала ему про пещеру. Не рассказала, откуда взяла трактат. Не сказала, что кольцо — родовое. Чужого рода, более старинного, древнего рода
Пока нет.
Мы пробирались через лагерь, как тени. Ветер дул с озера, влажный, несущий запахи водорослей, угасших костров, сосновых игл. Но под этим всем ощущался другой запах.
Гнилостный. Сладкий. Неестественный.
— Он не человек, — прошептала я.
— Он больше не был им, когда умер, — ответил Эдгар. — Теперь — опасность. Заразный паразит. Мы должны успеть, пока он не встал.
Медпункт был темен, только слабое дежурное освещение бросало жёлтые пятна на стены. Мы вошли. Дверь захлопнулась за нами.
Тело лежало под простынёй. Но воздух вокруг него вибрировал. Это была не жизнь — нет. Это было ожидание жизни.
— Готова? — спросил он.
Я кивнула. Медленно, глубоко в себе разбудила огонь.
Он был во мне с рождения. У других — дар целительства, ясновидения, управления тенями. А у меня — огонь. Пламя, которое могло согревать, а могло сжигать.
— Раз, два… — прошептал Эдгар. — Три.
Мы подняли руки одновременно. Из моих пальцев вырвался тонкий язык огня, свернувшийся змейкой. Эдгар направил свою силу с другой стороны.
Пламя вспыхнуло.
Сначала — мягкое, как свеча. Потом — мощное, пылающее, танцующее, как живое. Простыня сгорела в мгновение. Кожа тела начала чернеть, трескаться. Волосы воспламенились, лицо провалилось.
И тогда мы это увидели.
— Посмотри… — прошептала я.
Изнутри тела пробивался синий отблеск.
— Это кровь. Магия. Он пытался встать, — сказал Эдгар. Голос у него сорвался. Он тоже это чувствовал — это было близко.
Мы усилили пламя. Огонь взвыл, поднялся выше, почти до потолка.
Я чувствовала, как он требует большего. Как жаждет разрушать. Я с трудом контролировала поток. Ладони горели. Глаза слезились. Печень гудела, будто звенящий колокол.