— Где моё кольцо, воришка?.. — прохрипело оно.Голос был вязкий, будто его выливали из тряпки, мокрой и грязной. Слова липли к коже. И оно говорило с Эльвирой.
Она закричала.Закричала так, что мне показалось — лопнут барабанные перепонки. И — бросила кольцо.Оно вспыхнуло багровым, описало дугу в воздухе и исчезло в воде.
И в этот миг я всё поняла.
Оно — не просто чудовище. Это был эксперимент. Запрет.Проект, который наш род когда-то создал. И отверг.Гибрид. Неудача. Ошибка.И теперь — месть.
— Бегите! — крикнула я, почувствовав, как поднимается жар. Он начинался где-то в груди, в костях, и шёл вверх, обжигая горло.
Эдгар был рядом. Он выхватил кинжал — серебряный, с гравировкой на лезвии. Рукоять — старая, в потёртой коже. И когда он держал его, казалось, будто сам воздух начинает пульсировать.
— Вместе? — спросил он.
Я посмотрела на него. Его глаза были сосредоточены, но в глубине была дрожь. Он боялся. Как и я.— Только не умри, идиот, — прошептала я, сжав кулак.
Бой начался в одно мгновение.
Существо прыгнуло. Не бежало — взмыло вперёд, как молния. Эдгар успел выставить кинжал, и оно врезалось в него с такой силой, что земля под ногами задрожала.
Я бросилась вбок, перекатилась, схватила палку, обмотанную рунами — мои заклинания. Она вспыхнула от моего прикосновения.
— Ignia Lux! — выкрикнула я, и яркий огонь вырвался из кончиков пальцев.
Оно завыло. Кожа на нём загорелась, но тут же погасла — как будто сама тьма гасила огонь.Оно метнулось ко мне, и я еле успела отразить удар. Когти пронеслись в сантиметре от моего лица. Запах гнили и крови ударил в нос.
«Я не справлюсь...» — мелькнуло. — «Мы не справимся...»
Но тогда — я услышала зов. Кольцо. Оно отзывалось. Не Эльвире — мне.
Я рванула к воде. Протянула руку.
— Вернись. Ты принадлежишь мне.
Вода закружилась. Воронка. И из неё — кольцо. Мокрое, холодное. Оно впало мне в ладонь — как капля крови.
Существо завыло. Его тело начало дрожать. Его силы были связаны с артефактом.
— Сейчас! — крикнула я Эдгару.
Он метнул кинжал — прямо в сердце чудовища.
Крик. Такой, что ночное небо треснуло. Существо взорвалось вспышкой — тьма вспухла и сжалась.И осталась только тишина. Вода снова стала гладкой.
Я упала на колени. Пальцы горели. Кольцо было в кулаке, и оно больше не сверкало.Оно спало. Или... выжидало.
Эдгар сел рядом. Молча. Мы смотрели на озеро.
— Это конец? — спросил он.
Я покачала головой.— Это было только пробуждение.
Я сидела у воды. Кольцо в руке. Оно было холодным, как могильный металл, и пульсировало слабым внутренним светом, будто сердце, не желающее биться.Всё внутри горело. Не от магии — от памяти.
Я помню, кто они такие. Я помню, кто создал их. Я помню всё. Кольцо напомнила, кольцо показало как все было.
Когда-то — в самом начале — наш род не был хранителем. Мы были создателями.Арканисты крови, так нас называли. Мы исследовали природу силы, души, грани жизни и смерти. Мы искали совершенство, способ взломать замысел самих богов. И однажды — мы решили, что можем его превзойти.
Мы создали Гибридов.
Существ, собранных из магии, плоти, призрачной воли и древнего голода. Мы брали тела умерших, вшивали в них силу демонов, связывали их с рунами запрета, кормили кровью ведьм и благословляли в лунных кругах.Мы думали — они будут служить.Они стали голодать.
Один из старших, Арктур Вел-Карнис, пошёл дальше всех. Он создал первую Армию. Не пять. Не десять. Сотни.Каждый — уникальный. Безликие, пепельные, когтистые, ядовитые, крылатые, ледяные. Каждый — рождён был для боя.И когда они ожили — весь род в ужасе замолчал.
Но было поздно.
Я тогда была ребёнком. Я помню крики.Помню, как стены нашей Башни рвались отнутри. Как первый Гибрид — Наруг, чудовище из осквернённого трупа мага и звериной сущности — разорвал моего дядю пополам, будто тряпичную куклу.
Мы воевали.
Мы сжигали леса, чтобы остановить их. Заставляли землю пить кровь. Вызывали старых духов, запирали небо, жертвовали целыми кланами.
Я сама видела, как семь Гибридов уничтожили армию из двухсот магов и трёх драконов за одну ночь.Мы звали это Резнёй Чернильной Луны. Потому что кровь была чёрной. Не их — наша.В ту ночь я поняла, что мы обречены.
Чтобы остановить их, мы заключили сделку. Мы отказались от своего имени. От рода. От крови. Мы стерли себя из магической летописи и связали их сущности с артефактами. Кольцами. Печатями. Лезвиями.Сделали ловушки.
И спрятали. Разбросали по миру. Запретили говорить. Запретили вспоминать.
Но память — живая вещь.