- Если я тебя убью, ты на меня не обидишься?
- Я тебе спасибо за это скажу. Это не жизнь, ты не представляешь, что я чувствую.
- Прости, но помочь тебе ничем не могу. Людей нет. Другие не подходят.
- Я понимаю. Слушай.
Эрнест назвал комбинацию цифр, объяснил, как включить у саркофагов систему уничтожения.
- Это не опасно для окружающих, но то, что внутри сгорит дотла. Ты должна отнести меня туда и положить.
- Взорвать? Тебе же будет больно.
- Нет, там система распознавания. Сначала мой саркофаг усыпит меня до полной остановки сердца, потом взорвет, не волнуйся. Ты должна всех нас взорвать.
- А полукровки?
- По-настоящему опасны только мы.
Соня продолжала сидеть от него на расстоянии, делая вид, что листает журнал. А сама думала, что делать. Издеваться над вампирами она не даст. Мишкам нужна информация и они будут оживлять их и мучить. Нормальной жизнью они жить не смогут. Эрнест в жутком состоянии и это вызывает даже не жалось, это вызывает ужас. Но убить всех. Имеет ли она на это право?
- Соня, послушай меня. От чистокровных надо избавиться, чем скорее, тем лучше. Я уже обдумал все варианты. Не жалей нас, у нас нет будущего. Это лаборатория, они на основе наших ДНК могут создать армию таких. Это опасно. Мы все старые, прожили жизнь в свое удовольствие. Я буду только благодарен тебе, да и другие тоже, что ты избавишь нас от такой никчемной жизни. Торопись, они могут что-то заподозрить. Соня, это приказ старшего в роду. Это не убийство Соня, мы будем уже мертвы.
- Можно просто поднять крышки.
- Останутся останки. Нет, Соня, надо сделать все правильно.
- Сделаю.
Соня взяла журнал и вышла из комнаты.
***
В своей комнате в лаборатории Соня обдумывала план действий, просчитывала время. Надо провернуть все ночью, быстро и бесшумно. Камеры будут работать, но не факт, что за ними будет кто-то наблюдать. Но если и наблюдают, чтобы не сразу поняли что к чему.
Соня дождалась, когда в лаборатории будет полная тишина, прислушивалась к звукам максимально. Двигающихся в лаборатории не было. Соня ушла в ускорение, чтобы пройти камеры незаметно, завернула Эрнеста в простынь и повесила себе на плечо и так же с ускорением положила в саркофаг, нажала нужную комбинацию и время. Быстро проделала то же с другими саркофагами, и покинула комнату. Когда услышала приглушенные звуки – проверила каждый саркофаг – сработало ли. Открыла каждый, кроме пепла в них ничего не было. Соня понимала, что Эрнест ей соврал про усыпитель, но это был его выбор. Соня старалась об этом не думать. На его месте она тоже выбрала бы взорвать себя, чем быть лабораторным инвалидом.
Теперь она думала, как заметать следы. Охранная сигнализация не сработала, никто не увидел. Если она уничтожит записи камер – все равно поймут, что это она сделала.
Соня решила устроить пожар, в надежде, что все данные, все образцы, если они есть – сгорят. Станция была на планете, где нет атмосферы, опасное место, никто не будет заботиться о камерах, все будут спасаться бегством. Корабли и шлюпки, а так же коридоры к ним она не поджигала. Начала с комнаты Эрнеста, чтобы отвести подозрение от себя. Захватила комнату охраны, в которой никого не оказалось и отсек с модулями. Но Соня просчиталась. Сработала противопожарная система. Огонь быстро сошел на нет, мало чему успев навредить. Зато сигнализация перебудила всех.
Соня вернулась в свою комнату, по лаборатории бегали и кричали заратины. Впоследствии выяснилось, что компьютер, который хранил записи с камер, пострадал, а саркофаги оказались чистыми и пустыми. Ни пепла, ни праха, ни следов присутствия кого-либо в них не было. Все средства передвижения по космосу были на месте, и куда делся Эрнест никто не знал.
Соню допрашивали несколько раз, но она искренне недоумевала, как Эрнест мог сбежать и куда.
- Он ничего о побеге не говорил? – спрашивал ее начальник лаборатории.
- Нет.
- Жаловался на что-то?
- Не особо. Он вообще не из тех, кто ноет.
Этот мишка ушел, пришел другой. Ее проверяли на детекторе лжи, но задавали не те вопросы. Поэтому ей не трудно было отвечать честно и показывать на лице полное недоумение. Врать было легко, потому что данные с камер не сохранились.
- Вампиры сами пробуждаться и восстанавливаться могут?
- Могут. Но я только слышала об этом, никогда не наблюдала этот процесс.
- Ты можешь нам сказать свою версию, куда исчезли вампиры?
- У меня нет версии. «Я не знаю, куда исчез пепел», - подумала Соня, - «может системой самоочистки, кто их знает».