Франческа у Василия вызывала какие-то смутные воспоминания, но он не мог вспомнить, с чем они связаны. Но чувства она вызывала приятные, хорошая женщина. Она хотела с ним поговорить, но он не знал, что ей сказать. Вряд ли ей будут интересны его воспоминания о лаборатории, а других воспоминаний у него почти не было.
Он помнил уродливое тело в отражении зеркала, помнил боль. Врачи объяснили, что неповрежденной ДНК они найти не смогли, поэтому полностью восстановить его не получается, а из частей ДНК его не соберешь. Они предложили переселение и боль прекратиться. Он согласился. Он до сих пор не мог привыкнуть к своему отражению, оно его пугало сильнее, чем родное уродливое. «Это не я, не я! Черт вас всех подери!».
Василий зарычал, и случайно задел гардину. Вампиры успели поймать тяжелую трубу, и она никого не ударила.
- Простите, я был неосторожен.
- Тебе больно? - сочувствующе смотрела на него Франческа.
- Нет, труба меня не задела.
- Я о другом. Ты рычал.
- Да, воспоминания.
Он быстро вышел из гостиной, чтобы не привлекать к себе внимание. Пусть пообщаются.
***
На ночь Соня забрала его к себе.
- Расскажи, что с тобой случилось в гостиной.
- Я не хочу об этом.
- Это приказ. Не заставляй обращаться с тобой грубо, это невинная просьба. Я должна знать о тебе всё.
- Это не мое лицо, это сводит меня с ума. Это не я.
- Ты помнишь себя?
- Смутно.
- Согласен на операцию по смене внешности? Тебя могут сделать любым. Но для начала мы пойдем к специалистам, и они помогут восстановить по крошкам твой образ. Есть специальные программы, а так же художники, специализирующиеся на портретах.
- Я пережил много, одна операция уже ничего не изменит. Еще сильнее своего лица, я ненавижу эти чертовы лаборатории.
- Я понимаю.
Позже к ним зашла Франческа. Она глянула на Василия и смутилась.
- Ты спишь с одной стороны, он с другой. Тебе нечего смущаться.
- Соня, зачем? Отпусти меня в мою комнату от греха подальше, - сказал мужчина, - я не хочу с тобой спать.
- Контракт. Мне тыкать в него носом каждый раз?
- К черту контракт, мы оба понимаем, что это блеф.
- Это ты так понимаешь. Для меня ты донор. Я хочу, чтобы ты сегодня спал со мной. И ты будешь спать со мной или можешь идти в карцер и ночевать там.
Парень ушел, и действительно пошел в карцер и спал там, но его никто не закрывал.
***
Утром Соня повезла Василия в криминалистический отдел полиции. И попросила помочь парню вспомнить.
- Гипноз не пробовали? – спросил полный мужчина в очках.
- Тут другой случай. Надо по его воспоминаниям нарисовать лицо человека, воссоздать.
- Преступника?
- Нет. Родственник. Вы не распространяйтесь о моей просьбе, я заплачу сколько надо, это личное и к полиции это не имеет отношения, но у вас есть опыт, чтобы ему помочь.
- Я понял. Ищем родственника.
Василий листал фото и говорил, если попадался человек с немного похожими чертами лица, а мужчина вносил параметры, названные Василием в компьютер, то, что он помнит. Позже пришел художник и подключился к делу. Худой мужчина с длинными волосами рисовал и показывал на панельке готовый рисунок лица, Василий говорил, где не так. Полный мужчина создавал изображение в полный рост, в том числе и лицо. Василий пытался менять так, чтобы было похоже, но образ уплывал от него. Он как бы помнил, и нет. Оба мужчины поняли, что мало информации. Воссоздать у них не получиться, и перешли на голограмму с теми данными, что у них уже были.
Василий обходил изображение и искал то, что с его воспоминаниями не совпадает.
Соня оставила их, ждать часами она не могла. Ей нужен был только результат, процесс был не интересен.
Она вернулась домой, дети еще спали, было утро воскресенья. Дети жили в центре, снимали свое жилье, чтобы было ближе добираться до работы.
Соня легла рядом с пробуждающейся Франческой и гладила ее нежно, вдыхая аромат.
- Что ты думаешь делать с Тимофеем?
- Думаю, нам пора расстаться. Наши отношения – тупик.
- Что ты думаешь о Василии?
- Он болен, но я не знаю чем. Возможно, его обижали в прошлом или случилось что-то плохое. У него какие-то внутренние проблемы.
- Тебе он нравиться?
- Скорее мне его жаль. Я бы хотела ему помочь, хотя бы поддержать, но он не пускает в свою душу.