- Добрый день. Я назначен вашим временным опекуном. Пока совет не назначит вам постоянного. Меня зовут Баэдо.
- Добрый. Совет далеко. Я Настя.
- Все без исключения вампиры, где бы они не жили, подчиняются совету. Я буду вам помогать.
- Мне нужна информация. О вампирах, полукровках и чистокровных, об их отличии, особенно о том, что меня ждет.
- Вампиры не могут предсказать такое. Вы лабораторная, это не оскорбление, почти треть вампиров лабораторные, вам нечего стыдиться. Но лабораторные имеют свои особенности, и как поведет себя ваш организм не известно.
- Вы лабораторный?
- Да.
- Я меняюсь.
- Все зеленые претерпевают изменения.
- У меня на столе бумаги. Заключения врачей.
Он прошел к наставнику, тот провел его в комнату девушки. Вампир пробежал глазами листы.
- Заратины не перестают удивлять. Но если она умрет, вина ляжет на нас.
- Я предлагал ей вернуться в лабораторию.
- Отклонений в здоровье нет. Как это понимать?
- Я не медик.
- Вызовите еще раз врача, пусть осмотрит на всякий случай, а заодно мне надо с ним поговорить.
Вампир вернулся к Насте.
- Как вы себя чувствуете?
- Лучше.
- Выглядите вы не очень.
- Я знаю. Я сама на себя в зеркало не смотрю.
- Можете вспомнить, что с вами делали в лаборатории?
- Обычные процедуры и проверки на вшивость, так называли вампиры их тесты, - улыбалась Настя.
- Вы не проходили никакие особенные процедуры?
- Вроде нет. Одна из вампирш погибла, меня сделали вместо нее.
- Почему вы не заняли ее место?
- Я это я. Я не верну им их Соню. Я не могу играть ее роль.
- Вы не ощущаете себя с ней чем-то общим, продолжением?
- Ни капли.
***
Настя была рада тому, что сюда не пустили ее куратора заратина. Их она хотела видеть меньше всего. Настроение девушки заметно стало набирать обороты и мысль о том, что она чистокровная уже не пугала ее. Какая есть. Она не поправилась, осталась худощавой, с острыми скулами и с ямками щек, хотя питалась нормально. Зато тело перестало быть слабым. Она могла бегать со всеми и не уставать, отжималась, подтягивалась, играла с парнями в мяч.
Через три недели после ее выздоровления начались проблемы иного рода. Насте начало казаться, что она сходит с ума. То, что она видела - сливалось, растекалось, краски становились ядовито яркими, звуки то четкие, то как в трубу. Неосторожными движениями она сносила стены или калечила парней, потом удивленно смотрела на то, что натворила. Это не она сделала, этого не может быть.
Вампиры перевезли ее в камеры для буйных, где стены крепче и санитаров не вдруг убьешь. Сначала Настя испугалась, но ей объяснили, что это временно, пока у нее не наладиться восприятие реальности.
Настя жила в комнате с железной решеткой, за ней наблюдала камера. Ради интереса она взяла решетку и хорошо ее дернула, решетка поддалась. Прибежали парни с оружием наперевес, со снотворными иглами.
- Я не буйная, я пробую, - подняла девушка руки вверх.
Подошел опекун и посмотрел на решетку.
- Настя. Не порти общественное имущество, если захотелось погулять, просто скажи.
- Я не знаю, на что способна, это пугает, я должна знать.
- Комната тестов. Там можно рушить все что пожелаешь. Хочешь туда?
- Да.
Девушку провели в большой зал, в котором было много разных предметов.
- Я могу все ломать?
- Можешь.
Заратины заняли балконы и наблюдали на безопасном расстоянии. Настя ходила, все трогала, рассматривала, иногда кидала вещи в круги, нарисованные на стене. Поднимала гантели и гири, вещь, похожую на рельсу, железный шар. Шар она подбросила до потолка и поймала. Потом надела перчатки и стучала по поверхностям кулаками. Она не использовала всю свою силу, она пыталась ее соизмерить со своей целью. Прикасаться, бить, не ломая, пробуя себя. Или наоборот разбить в мелкую крошку, сколько для этого нужно силы? Заратины включили обстрел краской, но шарики долетев до нее летели назад, не касаясь ее тела. Она глянула на заратинов и дала понять, чтобы не мешали ей.
Баэдо подошел и стал подсказывать, что можно сделать со всем этим барахлом, находящимся в зале. Настя проверила на машине ударов силу, поднимала тяжелые предметы или подкидывала в воздух. Пальцы были тонкими и слабыми, и плохо держали предметы. Проще было с предметами, у которых есть ручки. Удары с разгона получались лучше. Легко давались упражнения стрельбы и владение холодным оружием. Незаметно для себя, она стала переходить на ускорение, пока случайно не снесла колонну, поддерживающую балкон, только тогда она поняла, что что-то не так. Стала следить за собой.
Девушка ощущала, что телом до конца не владеет, как впрочем, и зрением, силу дозировать не умеет. Зато она есть, сила. Это ее обнадеживало. Разнести стену или сломать вещь она могла.