- А что сразу я?
Отец Франчески был усталым, измученным, ему пришлось в срочном порядке возвращаться и лететь на неприспособленных к дальнему полету аркарах. Он грузно сел в кресло и откинулся.
- Я слушаю.
Взрослые общались, Франческа ушла на кухню, оттуда достаточно хорошо было слышно, о чем говорят в гостиной, она пила чай и поглядывала на притихшую маму и сестру. Полиция доказала причастность к избиению ее одноклассницы и родители девушки просили, чтобы отец Франчески уговорил дочь забрать заявление.
- Вы просите, чтобы я пожалел вашу дочь. Но помниться мне это не единственный случай, когда ваша дочь пыталась навредить моей, я это говорю не со слов моей дочери, есть свидетели. Почему вы считаете, что Эви я должен жалеть, а свою родную дочь нет? Я могу простить случайность, разовое недоразумение или горячность. Но ваша дочь из года в год пыталась отравить жизнь моей, дошло даже до избиения. Вас вызывали, вас предупреждали, но вы ничего не сделали с вашей дочерью. Я не буду просить Франческу забрать это чертово заявление, я с ней солидарен. Это не просто ссора между учениками, это преступление, организованное нападение. Парней было много, мою девочку могли убить. И в этом виноваты вы, не донесли до вашей дочери простую истину, не рой другому яму. Ваша дочь получила по заслугам.
- Ваша дочь любовница вампира, таких надо выгонять из школы, тогда у нормальных детей не будет повода презирать, - сказала мать Эви.
- Ваша дочь тоже числиться донором, она этого ни от кого не скрывала и даже гордилась этим. Ей общения с вампирами и сдачи крови тоже не избежать. И вы смеете говорить мне такое?
- Мы вам заплатим, сколько скажете, - сказал отец Эви.
- Чтобы ваша дочь и дальше творила все, что ей взбредет в голову? А вы будете покрывать ее огрехи? До каких пор? Не пора ли вашей девочке взрослеть. Это в школе на такие вещи смотрят сквозь пальцы, еще несколько месяцев и ваша дочь будет нести ответственность по полной программе перед законом, как взрослый человек. Вы срываете мне поездку, поднимаете на уши мой департамент ради этого? Ничего с вашей дочерью не случиться. Она несовершеннолетняя. Заплатите штраф в полицию и все. А репутация. Что ж, надо было думать об этом раньше.
- Вы пожалеете об этом, - сказал отец Эви, он встал и пошел на выход, за ним семенила жена. Они оделись и вышли.
- Пап, а ты уверен? Влиятельная семья.
- Если они такая влиятельная семья, что же не решили этот вопрос сами? Франческа, не прогибайся под тех, кто этого не достоин. Если бы они повели диалог иначе – я бы их понял, простил, пошел на уступки, дочь все-таки. Но их высокомерие не дает им понять, никто так не просит, я ничего им не должен и ты тоже.
- Тебе сорвали командировку?
- Да, это была важная поездка, - отец вздохнул.
- Прости.
- Ты-то тут причем?
- Все из-за меня.
- Из-за Эви. Я мог в суд подать на эту группу хулиганов и требовать моральной и материальной компенсации. Они легко отделались, но им показалось мало. Не понимаю таких людей. Как ты себя чувствуешь?
- Только синяки, ничего серьезного.
- Лицо сильно повредили.
- Заживет. Я там с этой историей некоторые вещи потеряла, книги школьные. Я должна купить такие же и вернуть или заплатить штраф. Другие вещи тоже уплыли с рюкзаком.
- Вот! А еще медицинские расходы. Так что не смей забирать заявление. Твоя подружка это заслужила.
- Она мне не подруга.
Девушка села на колени отца и погладила его пальцами по морщинам.
- Прости.
- Это ты меня прости. Я не могу зарабатывать дома, город слишком маленький. Из-за моего отсутствия у тебя проблемы.
- Девид охранников дал.
- Вампиров?
- Нет, обычные, с кобурой, мужики такие серьезные под два метра ростом, с правом на охранную деятельность.
- Это хорошо, сразу бы так.
- Девид не думал, что ненавистники вампиров выйдут на меня.
- Это шпана, дочка, а не ненавистники.
- Он просил заменить стекла в доме и носить комбинезон.
- Да, верно, надо. Вот как вас оставить? Одни девчонки. Может мне на пенсию? Буду всегда рядом с вами.
- Пап, мы справимся. Не бойся за нас. Мама с Вариской сидит дома, я тоже еще не работник, ты у нас единственный кормилец.
- Вампирам доверять нельзя, они страшные, - сказала Вариска.
Мужчина глянул на жену, та увела девочку для беседы.
- Наверно пора быть осторожнее, - сказал Вольф, - при сестре лишнего не говори, это хорошо, что она в садик не ходит, но на следующий год в школу.
- Да, как-то я упустила этот момент.
- Я тоже.
***
Экзамены прошли успешно, Дари закончила всего с двумя тройками, Франческа вышла хорошисткой. Все девчонки готовились к балу. Он будет совместный со школой мальчиков, но будет проходить в их гимназии. Ради платья Вольф возил дочь в большой город. Франческа была в приподнятом настроении всю неделю, напевала мелодии и кружилась, как будто бал уже начался. Отец с нежностью смотрел на свою старшую, с каждым годом дочка все больше походила на его погибшую первую жену. Та была такая же, нежная, необыкновенная. Неправильный разрез глаз ее не портил, даже придавал особое очарование. Черные глазки длинные тонкие ресницы, здоровая розовая кожа, завитки темно-коштановых волос. Его дочь становиться красавицей. Она поправилась, похорошела и улыбалась ему счастливой улыбкой. Сердце отца сжималось от радости за нее и страха за будущее. Ей никогда не выйти за хорошего парня замуж, не увидеть нормальной жизни. Она ничего этого еще не знает, а он не хотел раньше времени ее расстраивать. Часто личным донорам делали стерилизацию, у нее может не быть детей. У него никогда не будет внуков похожих на его любимую первую жену, а он был уверен, что будь у Франчески дети первой родилась бы девочка, у них из рода в род так. Первыми приходили в этот мир девочки. Его дочь никогда не будет невестой, матерью, бабушкой и женой. Он прекрасно понимал, что значит личный донор, и какие функции они выполняют.