Эпилог
Барс пас Соню, точнее ее тело, после полной искусственной амнезии. Это была совершенно другая девушка, тихая, не воинственная, склонная к интеллектуальным занятиям, к спорту и военным делам не имела абсолютно никакого интереса. Постепенно Барс привык к ней, но любви к ней не испытывал, относился как к младшей сестре.
У Греты один из ее сыновей унаследовал гены вампира боевого типа. А позже стали появляться еще подобные вампиры среди потомков Сони. Вампиров становилось больше, но у клоновых потомков с каждым поколением исчезали признаки вампиризма, особенно у полукровок. Но и людьми они тоже не были. Молодые вампиры потомки клонов были сообразительнее людей, обладали хорошим иммунитетом и возможностью жить долго, но это все, что у них осталось от предков. Первые клоны свои способности не потеряли, более того, смогли достаточно развиться, но достигнуть уровня природных вампиров не смогли. Проект «Клон» был полностью закрыт, в том числе и для людей. Людей стало слишком много, и надобность разводить их искусственно отпала. А проводить лабораторные исследования клеток вампиров заратины компании «Шутош» продолжали тайком. Для них раса вампиров до сих пор была одна из самых интересных как для ученых фанатиков.
Эрнест и Анастасия развелись по обоюдному согласию обоих. От Эрнеста вампирша родила пятерых замечательных парней, здоровых, красивых и любящих свою мамочку. А позже вампирша вышла замуж за полукровку. Парень чем-то напоминал Барса и это в нем ей нравилось. Такой же нежный, любящий и внимательный. А у Эрнеста была новая любовь, молодая вампирша полукровка. Черноглазая, игривая, горячая, правнучка Ады. На счет Ады. Вампирша прожила чуть больше двухсот лет, она была счастлива и любима с Эриком. Вампир успел прикипеть к своей жене и не хотел больше жениться, даже думать о таком не хотел, после ее смерти жил один. Почти один. Его часто навещали их общие дети, это все, что у него осталось от жены. Дети и фото, больше ничего. Никакую другую вампиршу он в жены не хотел категорически.
Соня робот со временем забыла всех, знала только навещавшего ее Барса и Еву. Барс проверял, привозил к ней Соню вампиршу, но робот никак на нее не реагировала. Впоследствии Барс изучал Соню робота, она отличалась от программ искусственного интеллекта, у нее была гибкая логика, любознательность и никаких четких рамок как у других программ. Сознание бывшей Сони полностью очистилось, но видоизменилось. Не было фобий, страхов, психических отклонений, неуверенности в себе, стеснительности и прочих прелестей живого организма. Не было галлюцинаций. И Барс рискнул, втайне от других вампиров создал тело вампира, пустое, без сознания, при помощи заратинов конечно и поместил туда сознание Сони. Но парень вампир не преобразился в Соню девушку, а остался парнем. Соня больше не ощущала себя никем, ни парнем, ни девушкой. Навыки робота дали о себе знать. Парень усовершенствовал себя, вживил в себя имплантанты, позволяющие ему в полной мере взаимодействовать с другими роботами, а так же частичную автоматизацию. Получилось что-то среднее между роботом и вампиром. На внешность это не повлияло, все изменения были внутренние и невооруженным глазом незаметные.
После всех процедур, какие проводили на новом вампире заратины, а также после тех, что провел на себе сам вампир, Барс спросил:
- Сонь, как ты себя чувствуешь?
- Необычно. Зови меня Рома.
- Ты чувствуешь себя вампиром?
- Нет, я робот в теле вампира.
- Но тебе нравиться?
- Очень, - улыбнулся Рома, - эта оболочка интереснее, чем механическая. Менять оболочки – это новый опыт.
- Понимаю.
Существо по имени Рома развивался в своем направлении – роботизированный вампир. Он изучал сам себя, постоянно усовершенствовал. Существо питалось препаратом собственного изготовления, в крови оно не нуждалось, ремонтом своих механических и электронных частей тоже занимался он сам. Заратины следили за Ромой, некоторые его разработки приняли себе на заметку. Робот смог синтезировать препарат полноценно заменяющий кровь для вампиров, а так же делал мелкие разработки имплантатов.