— Мы должны следовать за ними, — Акеми красноречиво посмотрела на окружавшую её черту освящённой земли. — Принц Юнг-Су созывает совет. До того, как они примут решение, мы остаёмся здесь.
Рассеянно махнув ногой, я нарушила линию круга. Мы миновали вереницу раздвижных дверей и остановились в небольшой комнате с невесомыми стенами из деревянных украшенных резьбой пластин. Посреди комнаты стоял низкий инкрустированный перламутром столик. Сопровождавшие нас девицы указали на подушки, валявшиеся вокруг столика прямо на полу. Акеми опустилась на одну из них. Я последовала её примеру. Девицы поклонились и замерли возле высокой, чуть не в человеческий рост напольной вазы.
— Они будут торчать здесь всё время? — вполголоса спросила я. — Опасаются, что мы сбежим?
— Сбежать мы не сможем. Никто не покидает этот мир без позволения хозяев. Но кисэн здесь по другой причине: оставить гостей в одиночестве было бы невежливо.
— Невежливо? А собираться их прикончить, соответствует всем нормам этикета, так что ли?
— Что ты показала принцу?
— То, что он хотел увидеть — доказательства.
Я рассказала об измерении проклятых, о вероломстве старой ведьмы, о жестокой схватке Юнг-Су с демонами и последовавшей за тем беседе. Акеми покосилась на мою шею, но промолчала. И только когда я упомянула о намерении Юнг-Су заступиться за неё перед советом, даже приподнялась на подушке.
— В самом деле? Он обещал?
— Да, но что с того? Ты же сама говорила, что без разрешения совета они и шагу ступить не смеют.
— Принц Юнг-Су — страший сын вана, да ещё и его любимец. Его влияние на совет очень велико, к словам прислушаются…
Я пожала плечами. На какое-то время в комнате повисла тишина. Нарушила её Акеми.
— Не думала, что тебе удастся их убедить.
— Для чего тогда ты меня сюда привела?
— Из-за Лодовико. Твои слова не шли у меня из головы. Когда эти существа вырвутся из своего склепа, а мы попытаемся их остановить, в схватке погибнут очень многие. И если это случится с Лодовико… а я, из страха за себя, не сделала ничего, чтобы помочь…
Положив на столик часы Винсента, я осторожно коснулась рукава её кимоно.
— Я рада, что ты передумала, Акеми. И очень понимаю твои колебания теперь, когда сама познакомилась с кланом. Надеюсь, наши старания оправданы…
Она посмотрела на меня со странным выражением — что-то среднее между восхищением и неприязнью.
— Ты очень напоминаешь мне ногицунэ.
— Кого?..
Лисицу-демона. В старину верили, они принимают облик красавиц, чтобы позабавиться с людьми. Хитрые, подвижные и озорные, они полны очарования, способны свести с ума и увлечь за собой на верную гибель. Совсем как ты.
— Совсем как… — я запнулась от возмущения. — По-твоему, я забавы ради…
— Ты умеешь увлечь за собой. К тому же обладаешь редкой способностью найти тропинку даже в непроходимом лесу. Но те, кто следуют по тропинке, видимой только для тебя, могут и не выбраться из чащи. Запомни это на случай, если захочешь позвать за собой кого-то, чья жизнь значит для тебя больше жизни корейского принца или моей.
Я негодующе выпрямилась, но резные створки двери вдруг раздвинулись, пропустив в комнату ещё одну кисэн. Поклонившись, она что-то забормотала по-корейски. Акеми тоже склонилась в поклоне и совершенно спокойно произнесла:
— Совет принял решение.
Сопровождаемые кисен, мы вернулись в зал с драконами. Разряженные бессмертные по-прежнему стояли вдоль стен, словно так ни разу и не шевельнулись за время нашего отсутствия. Принц Юнг-Су переоделся в расшитое серебром одеяние цвета слоновой кости. Скуластое лицо не выражало ничего, зелено-карие глаза казались пустыми. Но вот раздался звучный голос вана, и тишина, до того нарушаемая лишь шелестом одежд, стала гробовой. Обращение было чётким и на удивление коротким: услышав подтверждение из уст принца, члены совета не могут игнорировать возможность надвигающейся угрозы. Но, прежде чем дать обещание открыто выступить на стороне бессмертных и тем самым выдать тайну своего существованния, клан будет следить за дальнейшим развитием событий. Избранные советом члены клана займутся сбором сведений. А о шагах, предпринимаемых во "внешнем мире", буду сообщать я — через принца Юнг-Су, с которым мы будем встречаться раз в месяц в определённом месте. Я, со своей стороны, должна дать ряд клятв, что сохраню в тайне, всё, о чём узнала сегодня, включая и факт существования клана. Что до той, которая привела меня сюда… — я глянула на уставившуюся в пол Акеми — совет признаёт исключительность ситуации, вынудившей её пойти на клятвопреступление. Смерть — неизбежная кара в любом другом случае, заменяется более мягким наказанием: с этой ночи и до конца времён ей запрещается ступать на территорию клана. Если когда-нибудь, неважно по какой причине, она нарушит запрет, смерть её будет неминуемой. На подобный прецедент совет идёт только благодаря заступничеству принца Юнг-Су и только в этот раз — первый, последний и единственный. Я подняла глаза на принца, наши взгляды встретились, и я поклонилась — впервые за весь вечер.