— Но это же серебро, — Альфред не сводил взгляда с щипцов, сиявших опасным светом.
— Оно самое, — кивнул англичанин, — не можем же мы предложить столь важным особам презренную сталь.
Нет, он не разревется перед этими смертными, поклялся Герберт фон Кролок. Не заслужили они такого подарка. Но слезы глухи к доводам рассудка.
На счастье внимание Сьюарда отвлек шелест бумаги. В дверном проходе стояла Сара, держа в руках высокую кипу вопросников. Осознав свою бесполезность, листки соскользнули, словно пласт снега с горной вершины, и лавиной обрушились на пол, укрыв ноги девушки почти до колен. Казалось, она стоит в сугробе. В подтверждение этой метафоры, Сара задрожала.
— Что здесь происходит?
— А, вот и ты, Сара. Пришла снять пенки с молока? — если бы слова могли ранить, на девушке не осталось бы живого места. — А мы тут развлекаемся с твоими друзьями-убийцами. Пьем серебряную водицу на брудершафт. Я, как видишь, уже под столом.
Проигнорировав ремарку виконта, ламиеологесса повернулась к своему коллеге.
— Это мои упыри и вы отняли их у меня незаконно! — Сара сузила глаза. — Кто дал вам право удерживать их против воли? Или вы отпускаете их немедленно, или я иду в полицию.
— Тоже неплохой вариант, — согласился Сьюард. — Только не забудьте сообщить жандармам, что ходатайствуете за кровососов. Большинство их преступлений невозможно расследовать за давностью лет, но уверен, что и в последние лет 20 убийств за ними накопилось порядочно. О да, полицейские слетятся сюда, как мухи на патоку. А за арестом последует процесс века! Вампиры на скамье подсудимых! Только вот в чем загвоздка — в отличии от времен инквизиции, суды уже не проводят в полночь при коптящих факелах. Скорее уж после обеда, чтобы преступников можно было как следует разглядеть при свете дня. Судью ждет такой сюрприз!
— Посмотри, что ты натворила! Это все твоя вина!
Взглянув на Герберта, англичанин произнес успокаивающе:
— Да не волнуйтесь вы так. Вряд ли в полиции серьезно отнесутся к рассказу девицы, одетой столь эксцентрично. У жандармов начинается мигрень при виде суфражистки.
Румянец на ее щеках сгустился. Сара зажмурилась, фильтруя свою грядущую тираду на предмет слов, которые не должны присутствовать в лексиконе честной девицы. Но не дав ей опомниться, Джон Сьюард подхватил ее под руку и вежливо, но твердо выпроводил из комнаты. Оказавшись в коридоре, он немедленно закрыл за собой дверь. Мало ли на что Сара способна во гневе. Но если она все-таки сломает ему очки, а заодно и переносицу, то хоть не на глазах у подчиненных.
Но девушка не выказывала тенденций к насилию. Едва сдерживая всхлипы, она вдруг захлопала по карманам в поисках платка.
— Простите, если я был резок с вами, — начал доктор, довольный таким поворотом событий, — но ваше противоестественное желание помочь вампирам приводит меня в отчаянье. Хотя в ваших действиях, конечно, есть логика. Не хотите чувствовать себя сиротой, не так ли?
Теперь уже Сара обрадовалась, что они беседуют без свидетелей.
— Вам известно про моего отца?
— Этот секрет останется между нами, — сказал Сьюард. — Понимаю, так легко попасть под вампирские чары, но нужно сделать усилие и перестать видеть в них равных. Они лишь демоны в обличье тех, кто нам дорог. В это очень важно поверить!
…Когда она приблизилась, Джек почувствовал холод в груди. Смерзлись легкие, сердце превратилось в кусок льда. Перед ним стояла настоящая Люси Вестенр. Ни у какой дьяволицы не могло быть таких пухлых, капризных губок и высокомерного взгляда. Это по-прежнему была девушка, считавшая что весь мир — это бал в ее честь, а окружающие — лишь гости, которых она может приглашать и прогонять по своему усмотрению. Привыкшая всегда добиваться желаемого. Страшно представить, каких бед она натворит теперь! В Лондоне прольется больше крови чем в стародавние времена, когда кровопусканием только что насморк не лечили. И тем не менее, это все еще была Люси! Пускай цели ее изменились, сама она осталась прежней!
Но думать так — это дорога к безумию, мощеная и прямая. Цепляясь за здравый смысл, Джек сосредоточил взгляд на заостренных клыках и мертвенно-бледной коже…
— Сара, вы должны встать на нашу сторону. По сравнению с открывшимися перспективами ваши анкеты — все равно что школьное сочинение «Как я ходил рыбачить» рядом с трудом по океанологии. Благодаря вам вампироведение наконец признают наукой, а не хобби для лунатиков, которые любят строгать поделки из осины! И больше никто не посмеет косо взглянуть на вашего мужа. Вместе вы разделите заслуженные лавры. Теперь, заполучив эти образцы, мы можем тщательно изучить немертвых и разработать более эффективные методы борьбы с ними. И тогда нам, людям, больше не нужно будет бояться вампиров!