— Звучит не так уж ужасно. На самом деле, очень даже мило. — И объясняет, почему она так чудесно пахнет.
— А ещё, — добавил Кинич, — богиня ночных кошмаров, удушья во сне, самоубийц и зубной боли. Фейт последняя случайно убила Иш Таб. И её возвращение принесло с собой: пять дней глобальных штормов; три месяца каждая игра каждого вида спора на планете заканчивалась ничьёй… немцы и латиноамериканцы почти сошли с ума; а ещё волну ужасных зубных болей и кошмаров; нехватку кардамона и гвоздики — люди в Индии и Великобритании плакали без карри и исчезновение ромашек на целое десятилетие.
Антонио почесал небритый подбородок.
— Не то чтобы я желал миру страдать из-за отсутствия победителя Суперкубка или питаться блюдами без приправ, но всё это не кажется таким уж страшным.
Разрушительно то, что Антонио сделал Иш Таб больно — нет, идиот! — убил её, когда она сводила его с ума самым сексуальным образом. Случайно или нет, но чувство ужасное. И он ничего не мог с этим поделать.
«Иронично. Иш Таб как раз говорила тебе, что именно поэтому и носит вуаль. А ты насмехался над ней, да, придурок?»
Вот она карма.
— Я сказал, — уточнил Кинич, — что именно это произошло в последний раз, когда она умерла. Незадолго до этого она судила матч по армрестлингу между Кьёком и Бахом на краю вулкана. Они поссорились из-за какого-то недоразумения, связанного с ламой. — Нужно ли ему знать подробности? Нет. Вообще нет. — Итак, — сказал Кинич, — боги потребовали, чтобы они разрешили спор согласно нашим законам. — Армрестлинг на краю грёбаного вулкана? — Но Бах споткнулся, налетел на Иш Таб, и она упала. — Кинич покачал головой. — В тот год в Западном полушарии не распустилось ни одного цветка. А без цветов — никакой еды. Это был страшный голод, из всех обрушившихся на планету.
— Мне казалось, боги не могут вредить людям, — проговорил Антонио.
— Не специально могут, — заметила Пенелопа. — И не забывай, что ты больше не человек.
Боже. Антонио уронил голову на руки.
— Это грёбаный несчастный случай.
— Не волнуйся, — сказала Пенелопа. — Она не убьёт тебя… пока что. Ты слишком важен для человечества, но она заставит страдать тебя и всех остальных. — Пенелопа прочистила горло. — Как глава дома богов, я приказываю тебе отправиться к ней и пресмыкаться в стиле бессмертного. Может, так удастся разрядить обстановку.
Кинич хмыкнул.
— В стиле бессмертного! Ты очень многому научилась. — Он поцеловал её. — Мне нравится, как ты ведёшь себя, женщина. Из тебя выйдет отличная мать. И это так чертовски сексуально.
— Спасибо, — произнесла Пенелопа.
— Я чего-то не понимаю? — Антонио совсем не понравилось выражение «пресмыкаться в стиле бессмертного».
— В аэропорту тебя будет ждать самолёт, — сказала Пенелопа. — Нужно вовремя добраться до Бакалара, чтобы встретить Иш Таб у сенота.
— На кой чёрт мне нужно к сеноту? И что такое лебезить? — спросил он.
— Большинство сенотов простые водоёмы Майя, — пояснила Пенелопа. — А некоторые — порталы богов. А ещё в них попадает свет божества, лишившегося смертного тела. Оттуда божество может вернуться в мир богов или решить возродиться в другом теле. Я почти уверена, Иш Таб выберет новое тело, чтобы надрать тебе задницу. Собирай вещи, а я подготовлю для тебя инструкции.
— А что насчёт скрижали? И моей работы? — спросил Антонио.
— Он прав, — заметил Кинич, — мы не можем позволить себе потерять время.
— Ему придётся взять работу с собой, — решила Пенелопа. — Мы можем приказать Учбенам организовать лабораторию и защищённую линию связи на вилле Никколо у озера. Он стоит всего в нескольких милях от любимого сенота Иш Таб.
И снова Кинич засиял с мужской гордостью.
— Я самый счастливый мужчина на планете, раз у меня такая умная женщина, которая отлично разбирается в обычаях нашего мира. У Никколо лучше всего пресмыкаться.
— А ещё полезно, чтобы Иш Таб и Антонио находились далеко от большой популяции… в случае, если она потеряет самообладание, — добавила Пенелопа.
Пресвятая дева Мария.
ГЛАВА 20
«— Спаси меня, Антонио. Ты должен поторопиться. Времени почти не осталось.
— Я стараюсь, но не могу найти тебя, — Антонио стал обшаривать тёмную комнату руками. — Пожалуйста, скажи мне, где тебя искать.