— Значит, нам потребуется соответствующий боезапас, — сказал высокий ковбой.
— У меня все с собой, — отозвался доктор, доставая из рюкзака патронные коробки.
— Отлично! — сказал Уильям С. — Бронко Билли, револьвер при тебе?
— Чего?! Это ты о чем? «При тебе ли револьвер, Бронко Билли?» — это ты о чем? Уильям С, ты видел меня когда-нибудь без моих стволов? Ты что, совсем офонарел?
— Прости, Билли, — произнес Уильям С, должным образом пристыженный.
— Вот, возьмите, — сказал доктор Гелиоглабул. Бронко Билли, разломив пару своих «миротворцев», высыпал на стол горку патронов сорок пятого калибра. Уильям С. отстегнул свои флотского образца кольты тридцать шестого калибра и принялся стержнем экстрактора выщелкивать патроны из барабанов по одному.
Билли стал было заряжать, но присмотрелся к новым патронам повнимательней и поднял один к свету.
— Черт возьми, Уильям С! — возопил он. — Деревянные пули! Деревянные пули?
Гелиоглабул лихорадочными жестами пытался заставить его умолкнуть.
Вся пивная услышала Бронко Билли. Повисла оглушительная тишина, все до единого посетители развернулись к их столику.
— Ну черт возьми, — сказал Бронко Билли. — Деревянная пуля не пролетит и пятнадцати футов, а если пролетит, черта лысого куда-нибудь попадет. В кого это мы собрались стрелять деревянными пулями, а?
Таверна стала стремительно пустеть. Посетители разбегались, бросая через плечо исполненные ужаса взгляды. Все, кроме пяти человек за дальним столиком.
— Боюсь, мой дорогой Бронко Билли, — произнес Уильям С, — ты распугал всех здешних клиентов и предупредил силы зла о нашем появлении.
Бронко Билли огляделся.
— Это вон их, что ли? — Он кивнул на дальний столик. — Да ладно тебе, Уильям С, как-то мы, помнится, и с дюжиной управились на пару.
Доктор Гелиоглабул вздохнул:
— Нет-нет, вы не понимаете. Эти пятеро просто революционеры, безобидные дурачки. Мы же с Уильямом говорим о носферату…[70]
Бронко Билли продолжал на него таращиться.
— …о нежити…
По-прежнему никакой реакции.
— …об, э-э, вампирах…
— В смысле, — спросил Билли, — как Теда Бара?[71]
— Не о женщинах-вамп, мой дорогой друг, — произнес крючконосый скотогон. — А о вампирах. О тех, кто встает из могил и пьет кровь живых.
— Ого. — Бронко Билли посмотрел на патроны. — И это их убивает?
— Теоретически, — ответил Гелиоглабул.
— В смысле, вы не уверены? Доктор кивнул.
— Тогда, — решил Бронко Билли, — я лучше в пополаме.
Он принялся заряжать свои револьверы, чередуя обычные пули с деревянными.
Уильям С. уже зарядил свои — только деревянными.
— Отлично, — произнес Гелиоглабул. — Теперь наденьте это на шляпы, поверх тесьмы. Надеюсь, вы никогда не сойдетесь с ними так близко, чтобы проверить, насколько это эффективно.
Он вручил им серебряные тесьмы, украшенные рядом крестиков. Они натянули их на свои шляпы.
— Что дальше? — спросил Бронко Билли.
— Как что? Ждем ночи, когда нападут носферату! — ответил доктор.
— Ты слышал их, Герман? — спросил Йозеф.
— А как же. Думаешь, нам надо сделать то же самое?
— И где мы найдем кого-нибудь, чтобы изготовил деревянные пули для таких пистолетов, как наши? — спросил Йозеф.
Пятеро мужчин за дальним столиком посмотрели на доктора и ковбоев. Все пятеро были одеты в потрепанные военные мундиры. Тот, кого звали Германом, по-прежнему щеголял рыцарским крестом.
— Мартин, — сказал Герман, — ты не знаешь, где бы нам достать деревянные пули?
— Да наверняка можно найти кого-нибудь, кто бы сделал их под наши автоматические, — ответил тот. — Эрнст, сгоняй-ка к Вартману, спроси.
Эрнст поднялся, хлопнул ладонью по столу.
— Каждый раз, когда слышу слово «вампир», я хватаюсь за свой браунинг! — сказал он.
Все расхохотались. Мартин, Герман, Йозеф, а громче всех Эрнст. Даже Адольф немного хохотнул.
Вскоре после наступления темноты в таверну вбежал кто-то с лицом белым как смерть.
— Вампир! — крикнул он, махнул рукой в общем направлении улицы и вывалился наружу.
Бронко Билли и Уильям С. вскочили из-за стола. Гелиоглабул остановил их.
— Я слишком стар и буду только лишней обузой, — произнес он. — Попробую нагнать вас позже. Помните о крестах! Стрелять прямо в сердце!
По пути к двери они чуть не сшибли Эрнста; уйдя час назад, он вернулся с двумя патронными коробками.
— Йозеф, быстро! — сказал он, когда ковбои выбежали на улицу. — Давай за ними! Мы нагоним. Твой пистолет!
Йозеф швырнул Герману автоматический браунинг и выскочил за дверь; на улице прогрохотали копыта.