Операторы засняли реакцию участников на это сообщение. Даже Дарси была удивлена, Слай не упоминал, что есть даже вероятность того, что приз будет больше, чем три миллиона.
Ванда прошла к центру фойе:
— Первая орхидея предназначена для Пьера из Брюсселя.
Пьер спустился с лестницы, чтобы принять цветок, а затем отправился наверх за своим багажом.
— А второй цветок получает Реджинальд из Манчестера, — Ванда передала ему цветок.
Оставшиеся конкурсанты поздравили друг друга и разошлись по комнатам. Грегори и дамы-судьи в сопровождении операторов прошли в портретную комнату.
— Сегодня вы исключили из конкурса Пьера, — Грегори осветил фонариком портрет Пьера, на котором проявились клыки.
— Что за ерунда! — проворчала Кора Ли. — Он был Вампом.
— И вы выгнали Реджинальда, — Грегори направился к портрету англичанина.
— Уверена, что он смертный, — настаивала леди Памела, — у него такие плохие зубы.
— И он такой костлявый, — добавила Кора Ли. — Я признаю, что видела больше мяса на голодающем опоссуме.
Грегори навел луч фонарика на портрет. Изогнутые клыки Реджинальда засветились на картине.
— Санта Мария и святые угодники, заступитесь за нас, — Мария Консуэла потянулась за своими четками.
Принцесса Джоанна встала, немного покачиваясь на своих каблуках:
— Это ужасно! Выгнаны еще два вампира. Прошу, Дарси, ты должа насказать, что в шоу больше не осталось смертных.
Дарси вздрогнула:
— Я не могу такого сказать. Но помните, завтра вечером будет испытание на силу.
Принцесса села, на лице застыло выражение облегчения:
— Хорошо. Ни один смертный не сможет быть сильнее Вампа.
— Завтра вечером я буду судьей, — Мария Консуэла поцеловала крестик на своих четках, — И с благословением Господа, я раскрою, кто из них низшие создание, и выгоню их прочь.
Дарси сомневалась, что Господь считает людей низшими созданиями, но все же надеялась, что дамы исключат Гаррета и Остина. У нее будут огромные неприятности, если кто-то из смертных пройдет и этот тур, выйдя в финал. У нее не было сомнений, что Остин — самый сексуальный мужчина, но позволить ему выиграть она не могла.
Слова Ванды преследовали ее. Нет ничего более священного, чем любовь. Как она может отбросить эту любовь, не дав ей еще шанс? Роман и Шанна рисковали.
Почему бы и ей не попробовать?
Если бы только она могла преодолеть пропасть между их мирами. Но мостика не было.
Она никогда не сможет разделить с Остином солнце, никогда не сможет жить с ним нормальной жизнью. Она была заключена в своем мире, и это должно было быть его желанием присоединиться к ней. Честно ли ждать так много от него?
Может, ей не надо просить слишком много, может, она должна идти ему навстречу маленькими шашками. Сейчас он еле выносил ее прикосновения, он считал ее мертвой. Она должна сделать так, чтобы он преодолел это. Она должна ему доказать, что она живая, что до нее еще как можно дотрагиваться. Она должна ему показать, как она его любит.
Внезапно ее осенило. Остин будет в пентхаузе еще одну ночь. Она будет идеальной.
Дарси надо было только набраться смелости, чтобы соблазнить его.
Гаррет открыл пакет с чипсами:
— Четыре миллиона долларов? Для меня теперь появилось огромное искушение, чтобы выиграть этот чертов конкурс.
— Не думаю, что они отдадут эти деньги смертному, — Остин сел на кухонный стол и открыл банку с колой, — Я думаю, наше время здесь подошло к концу. Ты собрал много информации?
— Не много. Только имена вампиров.
Остин кивнул, его порадовала, что Гаррет не узнал слишком многого:
— Мы с Эммой недавно убили вампира в Центральном Парке.
— Да ты что?
— Он напал на женщину. Мы спасли ей жизнь.
— Круто, — Гаррет положил горсть чипсов в рот.
— Никто из местных вампиров не стал бы нападать на человека.
Гаррет фыркнул:
— Напали бы, если б сильно хотели есть.
— Я думаю, что Шанна Веллан была права. Когда говорила, что есть два типа вампиров. Она называла их законопослушными Вампами и Подпольем.
— Ей мозги промыли. — Гаррет проговорил с наполненным ртом.
— Подумай. Их явно две группировки — они готовы были драться друг с другом в Центральном Парке. И я слышал их разговоры, когда мы установили прослушку. Они ненавидят друг друга.
— Какая жалость, что они не поубивали друг друга. Очень облегчили бы нам работу.
Остин сделал глоток из банки:
— Я думаю, что нам постараться разузнать побольше об этих двух лагерях.
Гаррет замахал головой:
— Мы просто потеряем время, если постараемся вникнуть в их отношения. Нам просто надо их убить.