Вообще, если так посмотреть, то моя жизнь до болезни была достаточно неплохой. Да, погибли родители, но у меня осталось солидное наследство, квартира и должность в будущем.
— А чем мы любили заниматься в свободное время? — заговорила я, надеявшись, что моя мимолетная мысль окажется неверной.
— Тусили по клубам, шоппинг, рестораны. А что? — спросила Вика, сев на диван в гостиной, как у себя дома.
Понятно. Все мы детки богатеньких родителей. Думаю, здесь и статус в институте понятен. Странно только, что у меня стипендия. Хотя, скорее всего, тоже родители заплатили.
— А как у нас в институте? Мы популярны или… — начала я, чтобы окончательно убедиться в своих догадках, но Виктория тут же меня перебила.
— О, детка, ещё как! Каждый в этом убогом местечке хочет переспать с нами! — девушка так самодовольно это сказала, что меня потянуло блевать.
Дело дрянь. У популярных людей врагов еще больше. Вот же я влипла. Так придется весь институт перерыть, чтобы найти виновника. Уверена, что там не один вампир учится.
— Сегодня воскресенье, а завтра уже начинаются занятия, верно? Думаю, что вам пора, а то мне нужно подготовиться, в моральном плане, — сказала я, попытавшись выпихнуть своих старых друзей из квартиры.
— Да, конечно, тебе нужен отдых. Если хочешь, то я завтра подъеду за тобой? Ты ведь дорогу и до института не помнишь? — спросил Глеб, что было достаточно мило с его стороны.
— Я была бы не против. А у меня есть машина, права?
— Конечно, стоит на парковке, — вклинилась Вика, вяло маша рукой в сторону входной двери.
Мы перекинулись ещё парой вежливых вопросов о моем здоровье с Глебом, также о том, что надеть в понедельник с Викторией, и наконец они ушли. Такое чувство, что вампир из нас троих совершенно не я. Причём они не обычные, а энергетические, которых в принципе не существовало.
Я откинулась на подушки дивана, прикрыв веки. Очень сложно находиться на солнечном свету, он будто пронзал глаза. Кожа также немного горела. Плохо, что только март.
Какие же неоднозначные, однако, друзья у меня… Вика — это безрассудная девчонка, которая и продолжит сидеть на шее родителей. Глеб же наоборот серьезен и вызывает доверие. А каков же Артур?
Мой собственный парень, как сказали друзья из прошлой жизни, являлся главным подозреваемым. Интересно, мы ругались в тот вечер? Возможно, он сделал это в порыве злости или был ужасно голоден… Ладно, не стоило его оправдывать.
Я отправилась в душ, потому что кожу и правда начало жечь изнутри. Прохладные капли уносили с собой в водосток всю боль… И не только физическую. Хотелось плакать, но слезы все никак не покидали пределы моих глаз. Ничего уже не вернуть… Я останусь такой до конца жизни.
Я не чувствовала сильной жажды рядом с Викой и Глебом, хотя ощущала легкий дискомфорт. Но перед встречей с ними я и таблетку съесть успела. А что происходило, если вампир не выпивал лекарство? Потому что даже сейчас я чувствовала, что время трапезы наступало со сверхскоростью, а прошло только два часа. Будет тяжко в самом институте.
Вылезать из воды было не просто. Никуда не хотелось. Да и стоило ли спешить? Ведь у меня явно времени больше, чем у обычных людей.
Я дополнительно умыла лицо пенкой и взглянула на себя в зеркало. На шее все еще виднелся укус от клыков. Все остальные порезы и даже шрамы зажили, но не он… Врач сказал, что укус затягивался дольше всего у пациентов. Прям-таки свидетельство о том, что кто-то отобрал у меня жизнь.
Мои пальцы неосознанно прикоснулись к этим двумя кровавым дырочкам, и перед глазами появилась будто вспышка, а потом все резко приобрело цвета. Я увидела клыки, острые и идеально белые, черный плащ и темный переулок.
Я схватилась за раковину, чтобы не упасть. У меня появились маленькие, но зацепки. Нужно будет выведать, где находился клуб, в который я ходила, и найти этот переулок. Возможно, там остались какие-то другие улики, незамеченные полицией. Либо снова проснулась бы моя память.
Наверное, стоило начать вести расследование раньше, чем через неделю, как это сделала я. Но иначе бы у меня не получилось привыкнуть к людям. А это было, ой, как сложно…
4 глава.
Занятия начинались в девять утра, а Глеб стоял перед моей дверью уже в восемь. Парень принес мне кофе и сэндвичи, за что я была ему благодарна, ибо в холодильнике уже повесилась мышь. Ещё бы было иначе, ведь квартира пустовала полтора месяца.