Воздух наэлектризовался, когда Влад медленно скользил по мне взглядом, будто раздевая. Это пугало и заводило одновременно.
Он склонил голову набок и обворожительно улыбнулся.
— Прекрасно выглядишь.
— Спасибо, — ответила я чужим, непривычно низким и глухим голосом. — Я готова.
И переступила порог, будто грань в реальность, из которой возврата нет.
Это было классическое свидание. Ресторан. Дорогое вино, вкусная еда, тихие разговоры, грудной смех. И я ловила себя на мысли, что любуюсь Владом — его улыбкой, которая с годами стала еще выразительнее, блеском зеленых глаз, низким голосом.
Мягкая скатерть, красиво сервированный стол, до блеска натертые бокалы, свечи с танцующим племенем на кончике фитиля. Пламя трепетало, словно желая оторваться, потом приседало, раскаиваясь в желании побега. Алая роза в низкой, прямой вазе застыла восковым изваянием. Вежливые официанты.
Прошлое медленно отступало в тень, позволяя мне жить в настоящем. Мнимая свобода опьянила, сделала беспечной. Тревога, рожденная рассказом Эрика, растаяла подобно кубику льда в мягком, приглушенном свете желтых ламп, растворилась в терпком, изумительном вкусе вина, позволяя расслабиться. Ненадолго. На вечер. Разве я не заслужила?
— Ира приехала, — сказала я как бы между прочим, наблюдая за реакцией Влада из-под полуопущенных ресниц. Глотнула вина. Смущения не было, неловкости тоже. — Волновалась, что я не перезвонила.
Влад пожал плечами.
— Ира вольна не предупреждать меня о своих перемещениях. Она давно атли больше формально, чем энергетически.
— Тебе все равно?
Он лукаво улыбнулся.
— Это проверка?
— Нет, просто Ира моя подруга, а эта мнимая свобода так и разит фальшью.
— Вот как? Думаешь, я играю?
— Не знаю, — вздохнула я. — Из меня плохой психолог.
— Полина, — проникновенно промурлыкал он. — Если хочешь что-то спросить, спроси прямо.
Под его настойчивым взглядом захотелось съежиться. Я почувствовала себя неуютно, словно не могла скрыть собственные мысли, и Влад считывал их сразу же, как только они возникали в голове.
— После венчания хода назад нет, — зачем-то сказала я и опустила глаза. Глотнула вина, и оно приятно согрело горло, опускаясь теплом в желудок. От него кружилась голова, и я, должно быть, выпила слишком много, но мне нравилась эта окрыляющая легкость, ощущение свободы и легкой вседозволенности, отсутствия запретов и рамок. Пусть ненадолго, лишь на вечер. На час или два. Просто почувствовать себя нормальной. Земной. Женщиной, а не мешком с кеном.
— А ты хотела бы, чтобы был?
— Неприлично отвечать вопросом на вопрос, — проворчала я и обиженно надулась.
— Я и приличия — вещи несовместимые, — рассмеялся Влад и коснулся моей руки. — Пройдемся? Погода хорошая, хочу тебе кое-что показать.
На улице было прохладно. Фонари и яркие витрины отбрасывали блики на влажный асфальт, и тот разбивал их на мелкие световые капельки, каждая из которых сверкала острыми гранями. Люди вокруг кутались в плащи и палантины, прикрывались шляпами и зонтами. Моросило. Полностью лишенное звезд небо мрачно нависало над головами, и я невольно прижималась к плечу Влада.
На улице вернулись мысли об убийце. Я буквально чувствовала на спине скользкие внимательные взгляды, словно он мог наблюдать за мной из темноты, из одного из мрачных, не освещенных переулков, мимо которых мы проходили.
Каблуки я носить совершенно не умела, приходилось быть внимательной, чтобы лишний раз не споткнуться и не полететь кувырком на мокрый асфальт. Влад лишь посмеивался, поддерживая меня за талию, и один раз позволил себе иронично подчеркнуть, насколько я не привыкла к такой одежде и обуви.
Да, я совершенно не вписываюсь в круг его обычных женщин — всегда одетых элегантно, по моде и умеющих себя подать. Раньше комплексовала по этому поводу, а сейчас… а сейчас пожалела, что все же не надела кеды. Неудобные туфли, кажется, натерли мозоли.
Влад остановился у заграждения элитной новостройки, строительство которой, по-моему, закончилось совсем недавно. Набрал кого-то по телефону, а через несколько минут ворота распахнулись, и нас впустил охранник.
Внутри нас встретил не двор — парк.
Газоны, изрезанные выложенными плиткой тропинками, разбросанные беседки, яркая детская площадка с кучей горок, качелей и турников. Небольшая спортивная площадка. И большой фонтан в виде чаши — в центре.
Влад что-то шепнул охраннику и потянул меня к входу в подъезд. Клацнул выключатель, подъезд залило приглушенным светом. Широкая лестница, оштукатуренные стены, дорогая плитка на полу площадок. Широкие перила блестели свеженанесенным лаком.
Уже на лестнице Влад развернулся ко мне и спросил:
— Устала?
Я пожала плечами.
— Ноги болят. Жуткие туфли. Приду домой — выкину.
Он улыбнулся, шагнул ближе и, пока я не успела опомниться, подхватил на руки.
— Лифт не смонтировали еще, — шепнул на ухо и начал подниматься по ступенькам.
— Зачем мы здесь? — так же шепотом спросила я, боясь нарушить некое таинство, волшебство, звенящее в воздухе, такое хрупкое и прекрасное, что страшно было дышать.
Я слышала, как размеренно бьется его сердце, слушала прерывистое дыхание. И без того короткая юбка моего откровенного платья бессовестно задралась, но я не обращала внимания. Закрыла глаза и вдыхала запах, будоражащий воспоминания.
Мускус и ваниль.
Головокружительно.
— Увидишь, — загадочно ответил Влад.
Остановились мы на последнем этаже, у одной из дверей. Массивная, широкая и явно дорогая — она венчалась глазком в золотой огранке и небольшим молоточком. Стены вокруг декорированы камнем, что создает некую иллюзию входа в пещеру. Чуть левее — домофон с видеозвонком. Желтый светильник на стене, под ним — красивая пальма.
Влад аккуратно поставил меня на пол и вытащил ключи. Замок щелкнул, дверь открылась, выпуская темноту, полную неожиданных, будоражащих воображение тайн.
Темноту развеял свет. Влад шагнул внутрь, щелкнул выключателем, и мы оказались в просторной гостиной, полностью лишенной мебели. Прямо напротив входной двери зияла дырой другая — ведущая, видимо, на кухню. А по правой стороне змеей вилась винтовая лестница, заканчивающаяся широкой площадкой на втором этаже.
Влад взял меня за руку и потащил наверх. Перила холодили ладони, каблуки стучали по новенькому паркету, беспощадно разрушая царившее тут волшебство.
На втором этаже было так же пусто. Гладкий паркет, девственная белизна стен, огромные провалы окон — их было три, от пола до потолка, и одна дверь, ведущая на балкон. Влад открыл ее и впустил внутрь город. А нас выпустил в него.
Сотня огней — разноцветных, ярких и не очень, складывались в небольшие и побольше созвездия, текли ручейками, соединялись и расходились, образуя нечто похожее на паучьи сети. Сотни, тысячи огней, а над ними — небо. Темные разводы индиго, разбавленного сизым, серая вата облаков, сквозь которые проглядывал налитый, полный диск луны.
И все это окружает, обступает с разных сторон на широком — нет, не балконе даже — уступке с высокими перилами, в которые я буквально вцепилась, завороженно рассматривая вид.
Сзади что-то выстрелило, и я даже не сразу поняла, что именно. В руки мне сунули бокал с шампанским, Влад стал рядом и тоже посмотрел вдаль. Выглядел при этом задумчиво.
Я осмотрелась. Довольно просторная терраса, два плетеных кресла, столик, на котором в ведерке со льдом накренилась бутылка. Замысловатые закуски на тарелке. И волшебство вокруг — в воздухе, растворилось невидимым газом. Я вдыхаю и выдыхаю его, от волшебства кружится голова и немеет кожа. Каждая клеточка ее — приемник и передатчик восхищения. Мне хорошо. Легко. И хочется остановить время, чтобы насладиться.
Влад молчит, а я, как всегда, все порчу вопросом.
— Зачем мы здесь?
— Хотел с тобой поделиться кусочком своей жизни.