Взрыв. Ещё взрыв и ликующие радостные крики людей, толпы которых начали разноцветными брызгами освещать искры салюта. Я тоже радостно смотрю наверх, поднимая голову и рассматривая это чудо.
Все же, это стоило того, чтоб прийти сюда.
Проходит пару мгновений, прежде чем я, улыбаясь, поворачиваю голову и вижу, что профессор стоит и смотрит на меня, не обращая внимания ни на что другое.
Вот на его лице мелькает золотой отсвет, сменяющийся фиолетовым и голубым. Хотела было что-то спросить, но все мои слова вылетели из головы, когда дыхание профессора обожгло мое лицо, а затем его губы накрыли мои.
Я похолодела, а он, взяв в свои руки мое лицо, тонко прикоснулся кончиком языка к нижней губе, заставляя приоткрыть рот.
— Я вам соврал.
Он заглянул в мои глаза, пока я стояла в оцепенении, а когда я вдохнула и дернулась, желая отстраниться, он потянулся и уже более настойчиво, грубо, поцеловал меня, пропихивая язык мне в рот. Запах его одеколона наполнил ноздри, а вкус его губ, все еще отдающих послевкусием сигарет, перегружал ощущения вместе с тем, как он целовал и пробовал меня.
Руки беспомощно упёрлись ему в плечи, пока профессор крепко прижимал меня к себе уже одной рукой, а другой придерживал мой затылок, не давая мне вырваться. Люди вокруг одобрительно смеялись, кто-то даже присвистнул, поощряя это, а мне хотелось закричать или завыть от ужаса. Я не хотела этого!
Когда паника с осознанием происходящего ещё больше накрыли меня, я с силой дернулась, за что получила раздраженный вздох и ощутимый укус за нижнюю губу, заставивший вздрогнуть.
— Беги.
Убийственно спокойное прозвучало мне, когда он отстранился и холодно взглянул на мое испуганное лицо.
Не теряя времени развернулась, и, распихивая людей, двинулась, не разбирая дороги.
Воздуха не хватало и всхлипы душили изнутри, пока я бежала к первой попавшейся остановке. Люди удивлённо смотрели на меня, провожая любопытными взглядами.
Дорогие мои дорогие, оставляйте комментарии и лайки. Некому некроманту это позволяет воскресить настрой и проды будут выходить чаще😞
Любовь, огонь и кашель
— Мурьева, и долго вы будете молчать? Расскажите нам уже хоть что-нибудь о подвздошных венах. — голос анатома пропитан язвительной насмешкой как и обычно.
После недели отдыха, а точнее недели, проведенной в полном отчаянии, у меня не было морально сил идти вчера на пары к профессору. Как мне нужно было смотреть на него? Стоило ли поговорить об этом, или было бы лучше сделать вид, что ничего не случилось? Ничего не случилось… как же.
— Профессор Дориан, извините, я не могу ответить.
Нет, я вполне понимала тему и могла бы рассказать ее своими словами, но лектор требовал от нас идеального заучивания данных им терминов. Конечно, я могла бы попытаться все же ответить, это не запрещалось, но риск ошибиться или сказать что-то не так, вызвав шквал придирок и язвлений в свою сторону, был настолько велик, что я решила поберечь остатки своей психики.
— Отходили после нового года? Евсения, это же как так нужно было праздновать, чтоб растерять последние крупицы мозга?— он усмехается и опускает глаза, делая пометки в журнал, а я чувствую укол гнева и обиды. — Рита, ваш выход.
Сконфуженно опускаюсь на место и, поставив локти на парту, роняю лицо на руки. Чувствую себя униженной. И это не из-за того, что только что произошло, точнее, в меньшей степени из-за этого.
До конца пары я сижу как на иголках, чувствуя себя максимально неуютно. Голос анатома заставлял вздрагивать, а нервы не давали сосредоточиться, пока я записывала лекцию.
Хуже всего было то, что я не знала как именно поступить. Как вообще расценивать его поступок? Как домогательство? Как романтичный широкий жест? А так ли это важно, когда есть факт того, что, почувствовав, что мне неприятно он не остановился?
И, самое важное для меня, что делать с нашей договоренностью? Мне важно было уходить пораньше, чтоб успевать на работу, но теперь…
Звонок. Сейчас будет обеденный перерыв, потом у нашей группы, к несчастью, окно и затем пара по латинскому.
Выхожу из кабинета, смотря исключительно себе под ноги, чтоб не столкнуться взглядом с лектором. Возможно, стоило бы спуститься вниз, в кафетерий, и купить себе кофе, чтоб посидеть отвлечься, передохнуть, но кофе я не любила и расслабиться и отдохнуть это было не про меня.
Пройдясь до стенда с расписанием замираю, найдя план на нашу группу. Анатомия стояла исключительно первыми, вторыми и третьими парами на эту неделю, в противовес обычному порядку, сложившемуся за пол года преподавания анатома.