— Профессор… это неправильно. Я не могу. — он немного отстранился, глядя на мое выражение лица.
— L'amour, le feu et la toux ne peuvent être cachés longtemps. — он закатывает глаза, вздыхая, а когда снова обращает внимание на меня, то его голос звучит вдумчиво и вкрадчиво,— Чего вы боитесь? Осуждения толпы? Как будто вы сами не знаете, что несколько преподавателей в вузе встречаются со студентами. — отвожу взгляд. Осуждение толпы для меня важно. Я не из тех людей, кто может справляться с этим. Нет у меня таких черт, как у тех отчаянных студентов или студенток, которые хоть каждый день могут терпеть шутки и лишнее внимание в свой адрес из-за такого повода,— Может быть, вы боитесь, что все это будет несерьёзно?— Поднимаю на него взгляд, а он поджимает губы, смотря на меня так, словно я сейчас оскорбила его до глубины души. — У меня к вам только серьезные намерения, Евсения. Это не будет просто интрижка, поверьте мне.
— Это? Я ещё ни на что не соглашалась.
— Тогда почему вы все ещё тут? Может отпустите меня?
Пока мы разговаривали, профессор давно отпустил меня и стоял склоняясь ко мне, держа руки в карманах медицинского халата. Мои же руки все ещё упирались в его плечи, и, поняв как мы стоим, я тут же отскочила в сторону.
— Я сообщу в деканат!
— Попробуйте. — он прислонился плечом к стене и наклонил голову, смотря на меня,— Вы действительно можете сходить и действительно можете даже написать жалобу, хоть даже несколько. Но когда закончите, давайте сходим на свидание.
— Нет!
Выходя, а точнее уже выбегая из кабинета, хлопнула дверью.
Слава всему святому, завтра с ним не было пар, а вот в остальные дни…
****
Мои переживания сбылись. Профессор начал задавать каверзные вопросы на практиках, натурально подлавливать и валить на мелочах. Мои ранее стабильные четверки и пятерки съехали до сплошных троек и двоек. Было обидно, я готовилась к его парам, зубрила все что могла, но ему все было мало.
Обиделся. Или как это понимать? Его поведение, за исключением повышенной вредности и дотошности ко мне, не изменилось. Ничего лишнего или провокационного он не спрашивал или не намекал.
— Чего такая кислая?— Дима, который бармен, стоял за стойкой и смешивал в шейкере что-то, обернулся ко мне, когда я пришла на смену.
— Да так. С учебой проблемы.
— Этот ваш медицинский,— он закатил глаза и продолжил готовить напиток,— хочешь, могу сегодня с тобой снова посидеть.
— Не надо, все хорошо, я спокойна. — Вздохнула. До этого, когда произошел тот случай на новый год, мне было страшно выходить на работу, ведь я натурально боялась пересечься одна с профессором, так что просила Диму немного задерживаться со мной.
— Точно? Какая-то ты бледная. Может кофе тебе сделать?
— Ммм не… хотя, ладно, давай.
— Ты так и не сходила в деканат?
Я выдохнула и устало опустилась на стульчик, который был припрятан под стойкой. Пока управляющий не видел, мы могли позволить себе немного поболтать и отдохнуть.
Рыжик был в курсе случившегося. Мне пришлось рассказать ему, чтоб он понял почему мне так важно, чтоб он ненадолго оставался со мной.
— Нет, не ходила. Мне… мне кажется, что это не имеет смысла. Покрутят пальцем у виска, позовут его, а он скажет что-нибудь что-то типа: «Евсения, ну у вас и выдумки, вы точно не ошиблись учреждением? Вам бы писать пошлые бульварные романы, а не заниматься серьезными науками.»
— Я бы сходил, мало ли он к другим студенткам пристает. — Дима поставил кружку кофе с милыми утятами передо мной. Улыбнулась. На работе у нас были свои нормальные кружечки, которые немного поднимали настроение.
— Вряд-ли. Как я и рассказывала, от других он отшатывается или заставляет от себя отходить, держа дистанцию.
— Может он психически больной?— я поперхнулась, пока делала глоток, а парень заботливо постучал меня по спине, пока я откашливалась,— ну знаешь, обычно психи всякие они страдают подобной фигнёй. Лишних прикосновений боятся, не могут нормально социализироваться.
— Кто его знает,— отставила кружку и устало провела рукой по волосам,— Но мне кажется, что он мне мстит через учебу.
— Сходи с ним на свидание, из любопытства?— подняла на него глаза, а он пожал плечами,— Сходи. Объясни ситуацию, или скажи даже, что у тебя другой и ты верная и все такое. Ну или придумай что-то ещё жалостливое, чтоб он отстал. На крайний, можешь попробовать спровоцировать где-то под камерами, и если он…
— Дим! Нет…— я встала и уверенно взглянула на него,— Спасибо за совет, но… нет.
— Как знаешь,— он пожал плечами и отошёл, освобождая мне место за стойкой,— но если что, звони.