Сегодняшние ватрушки удались на славу, тесто получилось пышное и воздушное, а посыпанные пыльцой фей булочки выглядели так аппетитно, что я не удержалась и тут же тайком съела одну из них. Настроение сразу взлетело к небесам, и даже кислая рожа Свена, пекаря, не могла его испортить. Магия фей творила поистине чудеса.
- Лия! – заглянула на кухню Уна, одной из феечек-продавщиц. – Ты не занята? Помоги, пожалуйста, Эле товар разложить. Скоро целая толпа клиентов должна набежать, а мы не успеваем.
В «Ванили и корице» можно было не только купить выпечку и сладости, но и по быстрому перекусить или выпить чаю. Может, поэтому наше заведение было настолько популярным.
По этому случаю вдоль стены тянулась деревянная стойка, а возле нее стояли ряды высоких круглых стульев на металлических ножках. Я такие впервые увидела только тут, и Авдолина поведала, что их ей притащил один постоянный клиент из другого мира.
- Да, конечно! – с готовностью откликнулась я. – У меня как раз ватрушки поспели.
Работы у меня пока было не слишком много, и я никогда не отказывала девочкам в помощи. Уна и Эля были сестрами, обе светловолосые, миниатюрные и миленькие, словно куколки. И обе ужасно несерьезные, живущие, словно мотыльки, одним днем. Мы с ними быстро сдружились, и вечерами, после закрытия пекарни, часто болтали за чаем, обсуждая все, от странной моды чужестранцев из других миров, до вредного характера Свена.
К слову сказать, Шеридан поведал довольно многое, даже то, что мне знать было необязательно. Оказывается, улица Ядов была своеобразным перекрестком миров, ведь именно здесь они сходились, и именно в этом месте ткань мироздания была настолько тонка, что легко получалось попасть из одного мира в другой. Но сделать это можно было только через особые двери, и природы этого явления не разгадал пока никто. В любом из зданий улицы существовали такие: какие-то из них спонтанно открывали порталы в случайные миры, другие же вели строго в определенное место.
Дверьми в общественных зданиях могли пользоваться все, обычно они открывались в благоприятные миры, где путешественников не поджидала никакая опасность. Были и частные двери, проход в которые был открыт лишь с дозволения владельца.
Но иногда двери соединяли слишком разные миры. Другая атмосфера, иная фауна, порой агрессивная, и множество тварей, разумных и не очень, стремящихся уничтожить и поглотить все живое. Такие двери брало под контроль государство, порой полностью их опечатывая, дабы избежать прорыва.
На улице Ядов промышляли контрабандисты, тайком таская из разных миров редкие, а порой запрещенные товары. Заглядывали выпить чаю и отдохнуть у моря странники по мирам, рыскали в поисках беглецов охотники за головами, а бродячие торговцы спешили с товаром на городской рынок.
И за всем этим зорко следил департамент межмирового контроля. Его инспекторы ловили контрабандистов, боролись с иноземными тварями, выдавали торговцам и путешественникам разрешения на въезд в Штрудельбург, и делали еще кучу вещей, без которых в наш мир пришел бы хаос.
Шеридан уверил, что тот демон не потревожит меня, но мне все равно было неспокойно. Ведь тогда, демон чуть было не вырвался, а значит, сможет сделать это снова. Впрочем, у меня не было другого выбора, кроме как довериться мужчине.
У нас в пекарне таких дверей, слава небесам, не было, потому что Авдолина не желала, чтобы по пекарне шастали, где ни попадя всякие посторонние личности. И поэтому, сразу как приобрела здание, наняла мага, который наложил на двери заклинание барьера. Теперь можно было не бояться, что войдя на кухню или в кладовку, ты окажешься вдруг посреди пустыни или же бескрайнего моря.
Все это немного пугало с непривычки, особенно когда в пекарню заглядывали странные зеленые человечки в не менее странных нарядах, или же по улице разносились звуки магических сражений, когда кто-то из инспекторов ловил вырвавшихся на свободу враждебных существ.
В общем, жизнь у меня теперь стала веселой и интересной. Но я этому была рада – после тихой, но скучной жизни в деревне я согласилась бы на что угодно. Вот только я и не подозревала, что дальше все будет настолько весело.
Когда раскладывала последние булочки на витрине, аккуратно мастеря из них красивую горку, колокольчик на двери звякнул, и в пекарню вошел первый на сегодня посетитель. Мы только открылись, и зал был пуст. Уна и Эля упорхали куда-то, сразу, как доделали все, и я осталась одна. Закрыв витрину, я вытерла руки об передник и повернулась к клиенту. Но стоило увидеть, кто передо мной, как по спине пробежал холодок, и я в страхе попятилась назад.