— Десять наших природных жемчужин я бы купил у вас за семьсот тысяч рушек, но…
— Дальше. Эти алмазы?
Ювелиру понадобилось время, чтобы взвесить и осмотреть все предоставленные мною камни. Через час, обливаясь потом и заметно нервничая, мужчина сообщил, что минимальная стоимость всех камней равняется пяти миллиардам рушек. А еще я была не права, когда думала, что цветные камни — это рубины, изумруды и прочее. Это тоже были бриллианты, но уникальные в своем роде.
— Вы желаете их купить? — задала я самый главный вопрос.
— Желаю! Но мне понадобится время, чтобы собрать всю сумму. На какой планете вы их добыли?
— Не могу сказать. Я даю вам три часа на то, чтобы собрать деньги. Сколько сможете купить, столько сможете. Остальное я продам другим ювелирам.
— Но позвольте!
— Время пошло. Через три часа встречаемся в…
— В ресторане «Лилия» на втором уровне, — пришел мне на помощь Эльдер, предпочитавший молчать все это время.
Ювелир из особняка вылетел пулей, а я наконец-то села. Даже не заметила, что простояла всю встречу, нервно сжимая пальцы в кулаки.
— Я только один вопрос задам, — произнес Эльдер, сидящий напротив. — Всю эту роскошь тебе отдали добровольно?
— Мне не отдали. Мне дали взамен на товары, которые я должна привезти на третью планету, но сам понимаешь, это секрет.
— То есть тебе для этого нужен корабль? Контрабанда? — усмехнулся он, а взгляд перестал быть таким колким, испытующим.
— Можно и так сказать. Так поможешь?
— Кошка, а с тобой не соскучишься.
— Зато тебе всегда будет куда сбежать. И, кстати, меня зовут Малика.
Все три мешочка я прятала во внутренних карманах очень удобной спортивной куртки. Все корнеплоды и прочие подарки я презентовала мужчине в качестве благодарности и потому, что уже устала таскать с собой сумку.
Времени было мало, дел — столько, что не унести. Но следующие три часа я желала потратить на встречу с отцом. Середина рабочей недели, поздний вечер. Он мог быть как дома, так и в убежище, если его снова не перенесли. Начать мы решили с первого варианта и не прогадали. Только стучать в дверь собственной квартиры почему-то было страшно.
— Я внизу подожду, — понял Эльдер мое состояние и спустился по лестнице вниз.
Дверь квартиры оказалась открыта.
— Папа? — окликнула я отца, а увидев его — сидящего в старом кресле, исхудалого и с бородой, — не поверила своим глазам.
— Малика? Малика, это ты?
Я сломалась. В эту самую минуту, увидев отца, нашу родную квартиру, я сломалась, наконец-то осознав, насколько близко все это время находилась к гибели. Я могла умереть, когда меня отправили на третью планету. Меня могли растерзать животные, если бы они действительно были зверями. Я могла не долететь до Земли.
Я выплакивала все. Все страхи, всю боль. Без передышки пересказывала все события прошедших месяцев, будто бы заново переживая их. Прижимаясь к груди отца, вдыхая такой до боли знакомый аромат машинного масла и табака, я чувствовала себя как в детстве — под надежной защитой.
Мне всегда казалось, что он знает ответы на все вопросы. К сожалению, это было именно так.
— Малика, я, конечно, не очень люблю этих модифицированных, но ты сейчас, кажется, не права. Вы оба не правы.
— В каком это смысле? — отстранилась я, вытирая слезы.
— Я ведь знал, дочка, что ты ему подходишь по этому дурацкому обследованию. Он сам мне это сказал, когда мы встречались с ним в третий раз, чтобы обсудить дела на третьей планете.
— Какие дела?
— У нас было соглашение, Малика. Я помогаю ему, а он не вредит тебе. Все наши должны были отправиться на третью планету, чтобы начать строительство и заселение, но после третьей встречи все изменилось. Он признался мне, что любит тебя. Признался, что ты согласна стать его женой. Я не поверил. Да и как я мог поверить? Чтобы не быть голословным, РиАнт Арль лично повез меня к себе в особняк. Только тебя там уже не было. Его псы доложили, что твой сообщник отключил все камеры и датчики движения, а после вы вместе всех отравили газом, выкрали личный космолет верглавнокомандующего и улетели. Я сразу сказал, что на тебя это не похоже. Да и не стал бы никто из наших такое вытворять: соглашение уже было подписано со всеми, и такой шанс никто бы не стал упускать. Но ты бы видела его, дочка. Мертвецы и то краше. «Это было ее решение. Я дал ей выбор, и она выбрала», — это все, что он сказал, а после закрылся в своем кабинете. Мы с тех пор больше не виделись.
— Ничего не понимаю. Я не знала о соглашении… А как же твой приказ сблизиться с ним и убить?