— Несса Магда, — первым заговорил Далеон. Узкие покатые плечи женщины напряглись. — Что вы можете рассказать о последних днях Кассандры Ванитас?
Повитуха сощурилась.
— С какой целью вы интересуетесь молодой… лэр? — проскрипела старуха без присущего простому люду говора. — Я не смею разглашать подробности жизни моих клиентов. Тем более Ванитасов.
— Похвальная преданность, — протянул принц и как бы невзначай поправил серебристое кольцо с печаткой на указательном пальце. Гравировка вспыхнула в свете свечи, в переплетении лоз и шипов отчетливо проступала буква «V» и маленький сапфир в серединке. — Но я этой семье и лэре не чужой.
Старуха выпучила глаза и шумно сглотнула. Она пригляделась к нему, жадно заскользила глазами по тёмным волнистым прядям, спадающим на ровный лоб, по прямому, тонкому носу, высоким скулам, излому чувственных губ, твёрдому подбородку.
— Вы!.. — хрипнула она. Узнала.
— Он самый, — насмешливо кивнул принц. — И надеюсь услышать ответ на свой вопрос.
— Как вы изменились… И как давно это было, — печально выдохнула она. Пошамкала губами и начала свой рассказ.
Кассандра была очень доброй госпожой. Всегда интересовалась делами своих приближённых слуг, помнила всех поимённо, помогала кому финансами, кому советом или полезными знакомствами в случае беды. Все служанки знали, что могли обратиться к ней с проблемой и получить поддержку. Молодая лэра очень чутко улавливала, когда её людям плохо или тоскливо на душе.
— Кажется, это было связано с её магией. Ментальной, — нахмурилась старуха, а Далеон понял, кто ещё мог зародить в нём способности к телекинезу, кроме далёкого пра-пра…
Далеон внешне очень похож на мать. Тёмные волосы, синие глаза, сероватая кожа и вострые черты лица. Но Кассандра была особенной, не типичной лэрой, доброй. Всегда делала подарки на праздники, могла отдать ненужные вещи, угостить вкусностями, что специально для неё, в большом количестве, по приказу Императора, изготавливал замковый кондитер. Она часто улыбалась и смеялась, просто светилась изнутри, всех заражая счастьем, и…
— С нетерпением ждала своего первенца.
— Погоди, — перебил Далеон и нахмурил тёмные брови. — Разве Магнус не похитил её из дома? Разве не держал, как заложницу, в плену? Разве она не ненавидела его и соответственно его… — слова встали поперёк горла, — приплод в своём чреве?
Кассандра совершенно точно ненавидела Далеона.
Иначе бы не убила себя после его рождения.
— Нет, мальчик, нет!.. — старуха порывисто накрыла его холодную ладонь своей тёплой и шершавой. — Она очень ждала тебя, ходила такая радостная, с нежностью гладила живот и приговаривала: «Мой милый львёнок. Мой мальчик. Расти скорее». Она пела тебе колыбельные. Она уже заранее любила тебя.
— Тогда почему мама?.. — голос дрогнул. Далеон не смог озвучить это, отвернулся.
Повитуха посмотрела на него с жалостью.
— Я не знаю, мальчик, не знаю. — она задумалась, покусала губы. — В последний день своей жизни Кассандра вела себя, как обычно, разве что… была бледнее, чем всегда, и немного рассеяна. Но я списывала все это на роды. Они отняли у госпожи все силы. Очень туго шли. Впрочем, как у всех лэр…
— Что ещё вы знаете? — Далеон нетерпеливо подался вперед, почти перегнулся через круглый столик. — Какие отношения мать связывали с императором?
— Боюсь это всё, что я могу сказать, — старуха пожала узенькими плечами в темном ветхом плаще. — Но я знаю, кто может знать больше. Сестра Кассандры — Кларисса Террамор. Она капитан торгового судна и часто гостит здесь. Ах, вот она! Поднимается по лестнице…
Далеон резко обернулся и застал спину стройной женщины, террианки, в узких штанах и кожаном корсете. Все её жилистое тело опоясывали ремни, портупеи, клинки в ножнах. Длинные фиолетовые волосы, в высоком хвосте, покачивались в такт чеканным шагам, как и серый хвост из копчика, с кисточкой на конце.
Она скрылась в узком коридоре второго этажа, и Далеон бросив старушке благодарность вместе с мешочком монет, устремился за спригганкой.
Когда он поднялся на второй этаж, сестра матери уже зашла в одну из комнат, и принц упустил в какую. Но мешкать не стал и просто пошёл вперёд, принюхивались и прислушиваясь.
Его привлекли звуки спорящих голосов в конце коридора.
Дверь крайнего номера оказалась приоткрыта. Через узкую щель в полутемный проход лился золотистый свет от магических светильников и брань.
— Идиоты! — рявкнула женщина, судя по голосу, и ударила кулаком по столу. Принц видел только длинные тени на стене. — Как можно было так бездарно попасться? Сколько ещё мы будем перевозить всяких неудачников?! Сколько ещё наших поляжет, чтоб умертвить этого козла?!